Алхимия любви

Например, он почти разучился верить людям, принимая слова каждого со скепсисом, предпочитая проверять все услышанное и только тогда делать выводы.

Да, Оливер повидал на работе много гадкого, даже отвратительного. И все же… Когда он смотрел в небо, его мысли очищались. И все как-то отлично складывалось в одну единственно верную цепочку вероятностей.

Теперь, успокоившись, он смог вернуться за свой стол и, прикрыв глаза, вспомнил недавний разговор с племянником.

***

Оливер вошел в булочную, расположенную через дорогу от его работы, как и просил племянник.

Тогда, в машине, он был слишком занят размышлениями о деле с избиением простыша, а потому не заметил странного поведения Вольта. Поняв, что парень стащил из папки блокнот с краткими выжимками сведений о потерпевшем и предполагаемых виновных, Оливер разозлился. Сильно.

Следователю, привыкшему всеми силами выгораживать единственного племянника, очень не понравились его новые методы.

— И где же ты, воришка? — пробормотал Оливер, осматривая небольшую булочную.

Вольт сидел за столом слева. Как всегда, с измененной внешностью, но других подходящих по типажу молодых людей в помещении не нашлось.

Вольготно устроившись и разглядывая новенькую официантку, разносящую заказы, он усмехался, демонстрируя самые откровенные намерения. Симпатичная девушка тоже бросала на него недвусмысленные взгляды, как бы намекая, что она вся неприступная, но крепость может пасть от малейшего напора.

Оливер усмехнулся, качнул головой. Молодость… Сам он тоже еще не был стариком, но окружающих рассматривал только с одной целью — приметить интересные детали или, что лучше, не найти ничего необычного.

Ему все больше нравилось, если не происходило ровным счетом ничего.

Кому-то скука смертная, а Оливеру — радость.

— Еще раз здравствуй, Вольт, — он сел напротив племянника, сняв с себя серый плащ и откинув его на соседний стул.

Моментально забыв о романтическом настроении, Вольт сел ровнее и хитро улыбнулся.

— Рад, что ты нашел время и все-таки пришел на встречу.

Заказать тебе что-то? Я угощаю.

— Нет.

— Ты не голоден?

— Я немного в бешенстве, — признался Оливер. — Поэтому просто не могу есть.

— Так ты себе желудок прикончишь, — картинно расстроился Вольт.

Черты его лица слегка поплыли, быстро меняясь, и как Оливер ни старался — прежних припомнить не смог.

— Отличный артефакт искажения, — сказал он, сняв щиты, блокирующие дар. — Это дорогое удовольствие. Ты никак разбогател, малыш?

Вольт поморщился.