Лилии на ветру

Демоны же в открытую питались негативными эмоциями и болью. Пожалуй, вот и все различия между видами.

Постепенно разговор зашел о маньяке. Лиля поделилась догадками о жертвах-ведьмах. Валик заинтересовался и обещал пробить фамилии по базе данных Полуночи. О том, что, вероятно, убивает ее знакомый, об этом Лиля промолчала. И не зря. Валик поделился версией вампиров, согласно которой главный подозреваемый — колдун. Молодой человек был последним, кто видел живой одну из девушек. Поговаривали, что он избавился от бывшей любовницы, попутно проделав ритуал для вызова низших демонов.

Сейчас Лиля припомнила, что, слушая Валика, оборотень напрягся и решительно заявил, что все обвинения — плохо собранный карточный домик. Вампир парировал, сделав акцент на том, что подозреваемый скрывается от следствия.

Зевнув в последний раз и отбросив одеяло, Лиля подскочила к окну. На улице косыми плетями хлестал дождь. Мрачное небо тяжело нависало над городом, а настроение у нее было преотличное. Накинув халат, девушка прокралась через гостиную на кухню, остановившись на мгновение возле спящего Кира.

Ира сидела на кухне и методично поедала оладьи, которые сама и приготовила.

— Доброе утро, соня! — бодренько поприветствовала она хозяйку квартиры.

— Ага, доброе, — пробормотала Лиля, зевая в ладошку. — У тебя мука на носу.

Подруга вытерла нос и хмыкнула:

— Вот паразит! А я думала, чего он улыбается?

— Кто?

— Блондинистый вампирчик.

Лиля невольно перевела взгляд на окно. Похоже, солнца не будет и Валик, как и все его клыкастые собратья, воспользуется моментом, чтобы, растянув ночь на сутки, заняться делами и днем. Поэтому и проснулся утром.

— А где он? — заметив угрюмое лицо полурусалки, заволновалась Лиля. — Еще в кладовке?

— Нет. Я прогнала кровососа.

— Что?!

Ира засмеялась:

— Ладно, это была шутка. Я даже напоила его кофе, а от оладушек он отказался.

Лиля услышала в ее тоне обиду и подавила улыбку. Ира гордилась своим кулинарным мастерством, хотя готовила редко, и, когда кто-то отказывался попробовать ее блюда, страшно обижалась.

— А ты давно его знаешь? — неожиданно поинтересовалась девушка, разливая в большие синие чашки зеленый чай с жасмином.

Макарова наморщила лоб:

— Дай подумать… лет пять точно. Он обратился за помощью к бабушке еще до того, как я переехала к ней.