Лилии на ветру

Костя, например, тронулся бы точно, а вот у этих ведьм с детства отличная закалка психики.

Прошло полчаса. Наркотики не принесли желаемого результата. И женщина забеспокоилась вновь. Размышляя над тем, как сломить сопротивление пленницы, она наткнулась взглядом на племянника.

Костя, впавший в некотором роде в прострацию, давно перестал осознавать происходящее. Он не мог уйти, что-то удерживало его в подвале, возможно, страшное открытие: его тетка больна. И взбунтоваться против нее не удастся. Нет, не потому, что Инна его единственный близкий человек.

Из-за привязки к демону ослушаться приказов ни тетки, ни тем более низшего не было сил. К тому же существовала еще причина, и она была весомее прочих.

Инна склонилась над жертвой.

— Даю тебе последний шанс: откажись от Дара — и мы тебя отпустим.

Лиля молчала, но ненависть, бурлящая во взгляде, говорила красноречивее любых слов.

— Хорошо. Продолжим веселье. — Женщина скривила полные губы. — Тебе ведь нравится мой племянник? Костя говорил, что ты влюбилась в него, как сопливая девчонка.

Ах да, ты и есть сопливая девчонка, тебе не с руки тягаться со старшими и опытными женщинами.

Среди хлама Инна отыскала садовый секатор и начала разрезать правую штанину Лилиных брюк. Девушка обеспокоенно задергалась, но продолжала упрямо молчать.

— Что ты делаешь? — отмер Костя.

— Облегчаю тебе работу. — Не отвлекаясь, женщина резала тонкий материал. — Ты сейчас поимеешь ее, может, тогда наша великомученица станет сговорчивей.

Парень отшатнулся. Глядя на тетку округлившимися глазами, он дико затряс головой:

— Я и пальцем не прикоснусь к ней! Ни за что! Я не собираюсь играть в твои игры!

Он попытался убежать, но дверь подвала захлопнулась перед носом.

Уткнувшись лицом в неожиданное препятствие, он глухо застонал.

— Так не пойдет, племяш, я не могу больше тянуть все на себе. Ты, как мужчина, обязан взять часть груза на себя, — горячо шептала женщина, гладя Костю по спине. — Ее Дара хватит на то, чтобы провести ритуал по возвращению физической оболочки Хвату.

А там и до восстановления наших способностей недалеко. Ты ведь мечтал в детстве быть великим колдуном, помнишь?

— Нет, я не пойду на подобную гадость! — зло возразил Костя. — Выпусти меня, я хочу уйти из этого сумасшедшего дома. Вместе с Ольгой уеду в город — и делай что хочешь!

Лисовская умильно смотрела на племянника. Погладив сына покойного брата по взъерошенным волосам, ласково объяснила:

— Ты — собственность Хвата едва не с самого рождения.