Лилии на ветру

Девушка напряженно следила за ним и, когда мужчина сбросил одежду, переменилась в лице. Он не дал ей отвернуться, заставив рассматривать тело, покрытое бело-розовыми шрамами.

— Это все ты, твоя работа… — Он крепко держал ее за руку и водил по следам ожогов. — Ты бросила меня умирать. Я оставался в сознании и чувствовал, как огонь пожирает мою плоть, запах горелого мяса преследует меня до сих пор. Ты хладнокровно ушла, хотя я был такой же жертвой, как и ты. Ты, мой единственный друг, ушла, бросив меня в аду.

Ощущая под пальцами рубцы, Лиля, надрывно плача, пыталась оправдаться:

— Я думала, ты мертв! Я бы никогда не оставила тебя сгореть заживо!

Костя оттолкнул ее и поднял рубашку.

— Лицемерка… ты даже ставила мне свечи за упокой, хотя я остался жив.

— Я не знала!

— Мне пришлось ждать долго. И я, и демон во мне были слишком слабы, чтобы пойти против Полины. Но полгода назад я познакомился с вампиром, помешанным на экспериментах. Мы заключили договор: я помогаю ему в опытах, он мне — в мести. Было забавно приманивать для него бойцовских собак и молодых оборотней.

Лиля широко распахнула заплаканные глаза. Костя помимо запечатанной Силы колдуна обладал даром общения с животными, на котором ритуал не сказался. Неужели…

— Ты — волчий пастырь! Противиться твоему зову не могут ни собаки, ни волки.

— А из-за единения с демоном и некоторые оборотни, — добавил Костя.

— Но зачем все эти убийства?

— Веласкес — гений. Он сумел соединить преданность собак с силой оборотней и неистовством демонов.

Лиля нервно сглотнула:

— Ты сумасшедший, контролировать низших невозможно.

— Но ведь мне это удалось!

— Демон слушается тебя, пока ему это выгодно. — Лиля вздохнула и решилась: — Костя, я виновата перед тобой, признаю это. Но твоя жестокость не человеческая, ты не был таким.

— Не старайся, Цветочек, твоя проповедь не подействует. Я побывал в аду и хочу, чтобы ты поняла, каково это, на собственной шкуре. Идем!

Костя запер ее в одной из комнат бомбоубежища при заводе и больше не приходил. За время ее заточения трижды являлся молчаливый вампир, приносил еду. Из «удобств» в Лилином распоряжении было ржавое ведро. Вначале она спала, свернувшись клубочком в красном продавленном кресле.