Лилии на ветру

Первым в квартиру горделиво вплыл белый в черное пятнышко громадный пес, за ним просеменила хрупкая девушка лет семнадцати на вид. Короткие волосы золотистого цвета вихрастыми прядками обрамляли симпатичное личико сердечком. Лиля не раз видела, как кудри полурусалки отливали зеленым, будто она сделала неудачное обесцвечивание. На самом деле, Ира — натуральная блондинка, просто на растущую луну таким образом проявлялась ее сущность.

— Знаю, что до встречи еще целый час, но мы приперлись раньше, — улыбнулась она. — Прости, но Дон Цицерон охренел окончательно и требовал прогулку.

Лиля поморщилась: подруга, обожая крепкое словцо, много раз давала обещание не сквернословить, но ее хватало ненадолго. Хорошо хоть, они договорились о нейтральных синонимах особо «страшных» ругательств.

— Цицероном зовут этого далматинца?

— Какой же это далматин? — обиделась догвокер. — Это немецкий дог мраморного окраса, его еще называют «арлекин».

Лиля кивнула, хотя название ничего ей не говорило. Но лучше сделать вид, что все понятно, ведь Ира любила приседать на уши, рассказывая о достоинствах и недостатках той или иной породы.

Полурусалка разулась и пошла на кухню.

— Ой, а что это ты такое вкусное ешь? Можно и мне ложечку? Я такая голодная!

Лиля тоже была не особо сыта, но только рот раскрыла, наблюдая, как гостья уже подчищает тарелку.

— Цицерон, хочешь кусочек? — Собачница подцепила вилкой яичницу и протянула псу.

Мраморный дог деликатно снял подачку с зубьев и облизнулся. Ира похвалила питомца и вдруг заметила недовольство хозяйки.

— Лильчик, что-то случилось, да? Что ты такая хмурая? Влюбилась, да? — Маленькая блондинка сочувствующе обняла Лилю за талию (она доставала ей как раз макушкой до плеча). — Ты же знаешь, что можешь рассчитывать на меня. Ну, поплачь, моя хорошая, легче станет, поверь.

И Лиля, правда, едва не расплакалась. Не потому, что якобы влюбилась, а потому что Ира, опять не разобравшись, принялась утешать. Порой она убивала своей добротой. Ну как на такую сердиться?!

— Нет, солнце, просто устала — на работе тяжелый день был.

— А, ладно, тогда пойдем свежим воздухом дышать. — Ира отлипла от подруги и пошла обуваться.

Пес пару мгновений оставался в кухне. И девушке показалось, что в его глазах проскользнуло сочувствие.

— И как ты живешь с ней? — прошептала она и погладила Цицерона по загривку.

Она боялась собак, особенно ротвейлеров. Одно время все у нее внутри скручивалось в тугой узел, стоило встретить на улице пса этой породы.