Лилии на ветру

Неужели Камилла кардинально изменилась? И ее мучает совесть? И поэтому сокурсница жаждет принести извинения, пусть и таким оригинальным способом, допекая ненужной дружбой? Да ладно! Быть того не может!

— Я почти поверила, — иронично протянула Лиля, — потренируйся еще. Итак, в чем подвох?

Алимова некрасиво хохотнула:

— Ладно, черт с тобой!

— Не надо мне чертей, — недовольная Лиля начертила в воздухе отводящий беду знак.

— Хорошо, хочешь без розовых соплей? Я тоже за честный разговор.

— Честный? А ты умеешь быть искренней?

— Лиль, только не делай из меня монстра.

— Ну-ну, давай ближе к теме, а то скоро девочки вернутся с обеда. Сама понимаешь, ты пришлась не ко двору, так что тебе обрадуется разве что бильд.

Алимова уселась в кресло Альбины и, кружась на нем, призналась в своих коварных планах:

— Ты — мой шанс закрепиться в «Хронографе».

— Я-то каким боком?

— Ты — подруга Кирилла Данилова, а Кир — не только фотограф, но и совладелец журнала.

— Ого! Откуда такие дикие сведения?

— От верблюда, — резко бросила Мила и, подойдя к Лиле вплотную, заглянула в глаза. — То, что я сообщаю, ни тебе, ни мне знать не положено. Если ты перескажешь своему парню наш разговор, меня завтра же уволят. Я не хочу терять эту работу, поэтому прошу позабыть старую вражду и не держать на меня зла. Пожалуйста, умоляю тебя!

Жаркий монолог Камиллы не оставил Лилю равнодушной. Поверить Алимовой? Той, что пять лет методично ее травила? Могла ли девушка измениться настолько, чтобы пожелать смягчить давнюю вину? Или в первую очередь ее дружелюбие основано на холодном расчете и выгоде?

Лиля ставила на расчет.

— Хорошо, я буду молчать. Только и ты прекрати мозолить глаза — пять лет не забыть за пять минут откровенности.

Камилла просияла:

— Спасибо, ты чудо, Лиль! Знаешь, а ведь я действительно хочу общаться с тобой, узнать ближе. Обещаю доказать, что стала совсем другой. И может, мы еще и подружимся.

Лиля фыркнула, но промолчала.

На столь позитивном моменте Мила покинула чужую редакцию.

Приятельские отношения — не то, чего хотела бы Лиля от Алимовой. Лучше бы не попадалась на ее пути.

Она просматривала распечатанную гранку статьи, не подозревая, что брюнетка, прежде чем закрыть за собой дверь, одарила ее презрительно-хищным взглядом. К пяти часам Лиля справилась: добила вторую полосу. Ту, за которую обычно отвечала Маша, и Лариса одобрила ее работу.