Невеста для серого волка

Села за стол у окна, разложив перед собой принадлежности для письма – тусклое зимнее утро поприветствовало меня морозным дыханием на стекле, над полом потянуло сквозняком. Завернувшись в бабушкину вязаную шаль, я поджала под себя ноги и удобнее устроилась в кресле.

Писать я умела с детства, хоть девочкам и не обязательно было учиться этому делу. Более того, на женщин, которые кичились своими знаниями или читали что-то кроме романов о любви, смотрели с подозрением, мол, с ней точно все в порядке? Может, она больна и ее никто не берет замуж? Или просто слишком глупа для того, чтобы быть хорошей хозяйкой, которая и шить умеет и танцевать, и музицировать, вот и занимается всякой ерундой?

Я тщательно выписала в столбики все, что удалось узнать о таинственном лесе, о Волчке, о Глоуде, что я почерпнула из своих сновидений, а потом долго размышляла, перегруппировывала, зачеркивала строчки.

Время пролетело незаметно, после завтрака я, переделав домашние дела, сложила в корзинку наше с бабушкой рукоделие, чтобы после заглянуть с ним на рынок, чмокнула старушку в щеку и побежала в лес.

Конечно, я не сказала ей о том, что собираюсь проверить кое-какую мысль – бедная моя бабуля за сердце бы схватилась. Поэтому времени было не так много – не хотелось оставлять ее одну надолго и заставлять волноваться.

- Волчок! – позвала я негромко и плотнее запахнула полы плаща.

Странное чувство одолевало меня – будто лес стал неприветливей. Насупился, притих настороженно, ожидая подвоха. Хруст снега под ногами звучал слишком громко в этой напряженной тишине и казалось, что если бы на мне не было волшебного плаща, лес и его чудовища набросились бы на меня. И от этого вдвойне обидно – я ведь помочь хочу.

- Где ты? Не хочешь поздороваться? – я старалась говорить спокойно, но в голосе вопреки всему зазвенели нотки обиды.

Снежная шапка сорвалась с разлапистой еловой ветки, когда я случайно зацепила ее, и снег рухнул мне на голову, а в следующий миг я подвернула ногу и захромала.

Нет, так дело не пойдет. Сегодня явно не мой день. И все же не хотелось уходить несолоно хлебавши. Я прождала так долго, как только могла – он так и не явился. Конечно, мой друг мог быть занят своими волчьими делами, но в груди неприятно кольнуло, словно меня... бросили.