Невеста для серого волка

Когда я вернулась домой, стояла глубокая ночь. Бабушка не ложилась спать, вязала перед очагом, закутавшись в шерстяной плед. Она как чувствовала мое смятение, не стала терзать расспросами, лишь ласково поцеловала в лоб, когда я уложила ее в постель и подала грелку. Из-за промозглой осенней погоды у нее часто болели суставы, и я чувствовала себя совершенно беспомощной, потому что никак не могла облегчить ее страданий. Я не могла смириться с тем, что она стареет, и каждый день неумолимо приближает нашу разлуку.

- Спи спокойно, Рози.

Утро вечера мудренее, - мягкое прикосновение к щеке - она заправила прядь волос мне за ухо, а у меня перехватило горло и от теплого голоса с хрипотцой, и от незамысловатого жеста, хранящего всю нежность этого мира.

В своей комнате я забилась под одеяло, укуталась по самый нос и долго вглядывалась в темные углы. Не таится ли там отвратительная черная ворона? С самого детства меня преследовал страх темноты. Впору бы посмеяться над собой, но после событий последних недель, когда я убедилась в существовании магии, тягу веселиться отбило напрочь.

Уже засыпая, я воскресила в памяти образ принца Эрика. Я вспоминала о нем всю последнюю неделю, пытаясь понять, как сплетены между собой странные и до жути реалистичные сновидения. Все это неспроста, правда? Кто-то пытается до меня достучаться через сны, жаль, я вижу их не каждую ночь, иначе было бы проще сопоставить части мозаики и, взглянув на полную картину, найти верный ответ.

Надо будет попросить помощи у тетушки Лаванды! Она-то уж точно сможет меня понять.

В своих размышлениях я не заметила, как кровать начала превращаться в пушистое облако – оно несло меня сквозь звезды по синему небу, высоко-высоко над молчаливым городом. И были внизу реки, кишащие неведомыми чудищами, и драконы, что, с рыком разевая пасти, заглатывали их бьющиеся склизские тела. И были поля, засеянные костями, с черными побегами мертвой лозы, проросшей в запретный мир. И обнаженные жницы с провалами вместо глаз и серпами, закаленными в огне преисподней.

И были огромные люди, поросшие шерстью, с копытами и хвостами – они несли факелы, чтобы поджечь лес, а зверье бежало прочь, почуяв скорую гибель. И все кричали, звали меня по имени.

"Просто позволь нам, Рози..."

А потом было падение с высоты в самое сердце развернувшегося безумия, я чувствовала его дыхание у себя в волосах.

...Но упав, оказалась у портрета Некоронованного Принца с серьезными зелеными глазами.