Невеста для серого волка

По левую руку раскинулось хлюпающее болото со зловонными испарениями, по правую высились грубо обтесанные каменные идолы с живыми глазами. Вокруг них жгли костры чудища и плясали обнаженные сатиры – копии тех, что я видела в саду Торна Глоуда.

Только не смотреть! Не смотреть по сторонам – твердила себе, вспоминая бабулины слова, сказанные в ночь Самайна:

Порождения зла носят множество масок, они могут искушать тебя, обещать несметные богатства и наслаждения, но взамен всегда возьмут намного больше.

Но нам дана свобода выбора, а зло может творить свои дела только с разрешения человека. Будешь это знать – перестанешь бояться.

Перестать бояться? Ох, легко говорить… У меня вон поджилки трясутся от страха. Если бы не Эрик, давно бы чувств лишилась.

" – Только одно слово, девочка…» – продолжали шипеть за спиной, и слова эти ввинчивались в голову, тревожили ум.

" – Одно слово… Мы сделаем тебя королевой… Возложим корону на твою голову».

–

Только корона та будет из грязи,

– Эрик оборвал настырный голос нечисти и клацнул зубами в сторону напиравших.

Творения Запретного Мира так уродливы, их тела омерзительны, а души и того хуже. Стать их королевой, предводительницей чудищ, главной среди этой полоумной толпы и примерить корону из грязи – пугающая возможность.

До дрожи. До тошноты. До жгучего отвращения.

Но будет ли на земле сила, способная противостоять воинству из Запретного Мира?

Моей армии, которая не боится ни смерти, ни боли, ни голода?

Эрик пытался достучаться до меня – тщетно.

Я так увлеклась воображением этой картины, что не сразу поняла, когда острые зубы сомкнулись у меня на запястье.

- Ай! – я отдернула пульсирующую болью руку и прижала к груди. – Довольно, я все поняла!

Волк зарычал утробно, сверкая глазами. Шесть на загривке встала дыбом:

–

Ты что творишь? Не слушай их! Не смотри!

Но я огляделась – толпа чудовищ отхлынула назад, как разномастное живое море.

А потом по ней прокатился смех.

Уродцы издевательски хохотали, катаясь по земле и натыкаюсь друг на друга, а у меня в ушах звучали все насмешки и колкие обидные фразы, услышанные за годы моей жизни.

И снова, как тогда, удушающий стыд захлестнул шею удавкой – стало нечем дышать.

Проклятые слезы застыли в уголках глаз, но я сморгнула их и заставила себя двигаться дальше.

Дальше – за своим серым другом, которого надо во что бы то ни стало спасти.

Дальше – к мерно пульсирующему Сердцу.