Невеста для серого волка

А вторая была дурнушкой, на которой он женился ради богатого приданого. Через год после свадьбы она неудачно выпала из окна.

Я обхватила себя руками, борясь с дрожью. В комнате не было холодно, я мерзла изнутри – кровь как будто застыла и превратилась в вязкий холодный кисель.

А Люси, между тем, продолжала:

– И теперь, когда деньги больше не являются его основной целью, он решил заполучить титул при помощи молодой наивной девочки, а ты так некстати подвернулась под руку. Он сломает тебя и выбросит, как ребенок надоевшую игрушку.

В этой жизни он и пробовал уже все, в попытке получить новые ощущения он все сильней ожесточается.

Она этого не говорила, но я видела – Люсинда тоже боится этого человека.

– Я знаю, кто найдет на него управу, – процедила я. – Кто не испугается, кого он не сможет купить или задобрить.

– И кто это? Сам король? Ой, у нас ведь пока нет короля, только регент…

Она не верит. Ничего.

– Я не вру! Я действительно знаю такого человека.

Ну ладно, не совсем человека.

Люсинда встала и потянулась. Поглядел на меня в упор.

– Знаешь, я бы, может быть, помогла тебе бежать… Но что делать со старушкой? Она не выдержит длинную дорогу, а Торн не любит проигрывать. Он тебя все равно найдет.

– Я не буду бежать, – я упрямо мотнула головой и, преодолев разделяющее нас расстояние, взяла ее за обе руки. – И не прошу тебя мне помогать. Просто не мешай, ладно?

Я чувствовала пряный аромат корицы, исходящий от ее волос, и с надеждой смотрела в глаза.

Она кивнула, поджав губы.

– Как твое настоящее имя?

Люсинда высвободила руки и растерла кисти – кажется, я сама не заметила, как сделала ей больно.

– Это уже и не важно.

Когда она оставила меня, я вновь повернулась к окну и коснулась лбом холодного стекла. Бездумно уставилась в царящий за окном полумрак.

Снежные хлопья танцевали в свете фонарей, а мне чудилось, будто в саду мерцают два зеленых глаза.

ГЛАВА 40. ЗА ЗАБОРОМ

Этой ночью мне снился сплошной сумбур – из залитого медовым светом дворца с нескончаемыми переходами я попала в укутанный сумерками лес – уродливые деревья тянули ко мне свои хищные ветви, а сверху за всем этим наблюдали вороны – их глазки бесстрастно взирали на меня, замечая каждое движение.

Шипастые побеги стелились по земле, оплетая все, до чего могли дотянуться, а в голове моей звучали сотни голосов: они молили об одном – позволить им вырваться из Запретного Мира.