Невеста для серого волка

Конечно, принимать помощь Торна Глоуда хотелось еще меньше, но я убежала себя, что это не надолго, и пойти на это стоит хотя бы ради бабули. Впрочем, она была так расстроена и раздавлена случившимся, подкошена слабостью, что не нашла сил меня отговаривать. Сказала лишь: «Он потребует вернуть долг».

Что ж, потребует так потребует. Я что-нибудь придумаю.

К вечеру мы перебрались в снятый дом на тихой и уютной улочке – маленький, как будто кукольный. Сошедший с новогодней открытки.

Внутренний двор был заметен сугробами, среди них притаилась маленькая елочка со светло-зелеными юными иголками, что выглядывали из-под снежных шапок. Острая верхушка доставала мне до плеча. Может, стоит нарядить ее, чтобы создать хоть иллюзию праздника? Новый Год меньше, чем через неделю. Стоило только об этом подумать, как внутренности сжались от волнения.

– Рози! Где тебя опять носит?! – тишину и спокойствие вспорол голос дяди Джеймса.

Я обошла вокруг дома – он стоял на пороге под руку с Люсиндой.

Пока я разглядывала одеяние женщины, в ворота зашли еще двое. Он – здоровяк с квадратным подбородком и широкими плечами, тащил за ручки два набитых до отказа чемодана. Она – суровая и надменная женщина с раскрасневшимися от мороза щеками и туго затянутыми в пучок волосами.

– Глоуд также прислал тебе двух слуг, – дядя кивнул в сторону вошедших, и они представились, как Берта и Гэрри – жена и муж. – Он весьма любезен, не находишь?

– Я бы сама справилась…

– Ой, помолчи! – он махнул рукой и состроил недовольную гримасу. – Справилась бы она. Знаю я, как ты со всем справляешься. За домом вон не уследила, что какой-то недоумок его спалил по дурости или по пьяни.

Я не стала спорить – не было сил выслушивать этот словесный поток.

К счастью, дядюшка пробыл с нами недолго – вскоре упорхнул, напевая: «Дела, меня ждут великие дела!».

За обустройством временного жилища время пролетело незаметно. Немало удивило то, что один из чемоданов оказался моим – внутри лежали платья и белье, присланные Торном Глоудом. Весьма щедрый дар – и от осознания того, сколько все это могло стоить, сделалось неловко.