Сколько волка ни корми

Совсем ненамного — но его дыхание пробегается по её губам, а его запах окутывает её полностью.

— Сказать по правде, я очень скучал по тебе, Бая с Белых болот, — говорит он низким голосом.

И тянется его рука к щеке Баи, и слегка склоняется его голова, и появляется что-то новое в глазах — новое и в то же время такое старое. И затихает лес, и замирает солнце, почти достигшее его вершины, — и снова подхватывает, затягивает в себя Баю то чувство, которое она, казалось, забыла за столько лет. Бая вдруг ощущает спокойствие.

Лёгкость и расслабленность. Безопасность. Желание.

Желание.

Желание...

— Нет, — говорит Бая, перехватывая руку Врана за запястье.

Вран, прикрывший было глаза, вздрагивает от неожиданности. Смотрит на Баю с растерянностью, даже недоумением — что значит «нет»?

Бае вновь хочется рассмеяться. Почему Бае постоянно хочется смеяться? Как ему удаётся смешить её даже тогда, когда она должна кипеть от возмущения?

— Нет, Вран, — повторяет Бая, отводя его руку от своего лица. — Это совсем не та правда, которую я ждала.

Если ты сделаешь так ещё раз, я выверну тебе запястье. Не заставляй меня подтверждать свои слова.

— Зачем же так жестоко? — тянет Вран. — Бая, пойми меня правильно — я только...

— Пришёл ли к тебе хоть кто-нибудь из других глав? — прерывает его Бая нетерпеливо, разжимая пальцы. — Сколько членов твоего племени покинули тебя, узнав, что ты задумал? А знают ли они вообще, что ты задумал? Видят ли они, куда ты их ведёшь? Понимают ли они, что пойдут за тем, кто сам очень плох в волчьем обличье? Или ты поставишь первыми волков моего племени и спрячешься за ними? Знаешь ли ты, что люди не теряли времени даром, пока ты дурил головы доверчивой молодёжи? Вот правда, которую я хочу знать, Вран.

Вот за чем я сюда пришла. Можешь ли ты дать мне хоть один ответ на эти вопросы?

— Только за этим? — спрашивает Вран.

Разочарованно. Он даже не скрывает этого разочарования — наглец или дурак, а, может, и то и другое, но он даже не пытается притвориться, что его занимают все эти разговоры, ради которых он якобы вызвал её.

А вызывал ли он кого-нибудь ещё? Теперь Бая в этом сомневается. Теперь Бае кажется, что Вран продумал, просчитал всё заранее — и даже не ожидал, что на его послания откликнется кто-то, кроме неё. А если так, то зачем было эти послания рассылать?

— Может быть, ещё за тем, чтобы спасти тебя от того, от кого я не должна была тебя спасать, — ведёт плечом Бая. — Но не более того, Вран. Итак.