Сколько волка ни корми

— Не вас — а Врана, — прерывает его Бая. — Вран всё плохо сделал — Врану и переделывать. Не волнуйтесь, покажу я ему, как правильно, с первого раза научится. Идите. Проследи, чтобы добрались они туда, куда послала я их, Нерев — а то с тебя потом спрошу.

Вот как. Значит, и разговор с Бушуем Бая слышала. Ну точно волшба.

Дёргается кадык у Нерева, но ничего он Бае вслух не возражает — и Вран бы не стал. Редко когда Бая в строгость такую впадает, но уж если впала, то не стоит ей перечить. Боком это всем выйдет.

— Конечно, хозяйка, — и Нерев голову почтительно склоняет. — Да найдёте вы с Враном в лесу всё, что ищете в нём.

— Да уж наверное, — хмыкает Бая. — Идите.

И уходят они действительно — и Горан с Зораном поспешно разворачиваются, Врану в руки одежду обратно выгрузив. И ни слова от них Вран не слышит, ни смешка — даже когда удаляются они прилично, едва заметные за деревьями.

— Ну ты даёшь, красавица, — тянет Вран. — А я думал, с матерью ты сейчас охотишься.

— Коли охотилась бы, откуда бы у меня одежда взялась? — поднимает брови Бая.

И то верно. Не принято у лютов без нужды крайней в лесу оборачиваться, хоть и носят они всегда ножи с собой на всякий случай — но сейчас все ножи вместе с одеждой в круге каменном остались, перекинулись там люты, пока Вран спал ещё, и на рассвете в лес за едой отправились.

— Да, одежда у тебя диво славная, — улыбается Вран, на рубаху красную кивая. — Не видел я тебя в такой раньше.

— А что, — насмешливо Бая прищуривается, — думаешь, все рубахи мои уже переглядел? Не вечно мне белое носить, и другие я цвета знаю.

— К моему лицу?..

Да не краснел он вроде бы.

Или Бая...

...о другом чем-то говорит?

Не исчезли от мази волшебной у Врана отметины чоморовские — полосами красными расцвели, рубцами свежими. Пересекает теперь лицо его несколько полос таких, не слишком-то глазу приятных, — но не говорила о них Бая раньше, и не в её это нраве — над недостатками чужими так жестоко шутить.

Тем более — над недостатками Врана.

— Сама ты не своя какая-то сегодня, красавица, — замечает Вран, продолжая улыбаться. — Может, на охоте что-то случилось? Опять Лесьяра про меня что-то наговорила? Ты мне расскажи, ты же знаешь — я всегда тебя выслушаю.

— Много чести — о тебе во время охоты разговаривать, Вран, — замечает и Бая, но тоже улыбается всё же — и, как ни старается Вран, ничего странного, ничего неискреннего в улыбке этой разглядеть не может.