Сколько волка ни корми

Может, и Врану сейчас загадать что стоило бы — чтобы на Лесьяру потолок земляной рухнул вместе со всеми её «вдруг, нежданно-негаданно».

— ...но всё же не могу я «нет» сказать, — вдруг, нежданно-негаданно Радей заканчивает. — Вижу я, что и впрямь не зря Вран здесь дневал да ночевал — занятные решения он задачам многим предложил, вижу я ум живой в нём, вижу задор юношеский, на верные дела готовый направиться. Мой ответ — да.

Замирает Вран. Едва уловимо кивает ему Радей, шаг назад делая.

Его ответ — да...

— Ну а мой ответ — нет, — заявляет Бушуй, тут же место Радея занимая.

— Ишь чего захотел — с путаницей такой в голове границу пересечь, чтобы и молодёжь нашу с толку сбить? Нет, и того достаточно, что и так он с ними болтается — одно из немногих правил, ему предписанных, нарушая, помимо всего проч...

— Казалось мне, что для того мы здесь, чтобы знания его оценивать, а не добропорядочность исполнения правил, — перебивает его Солн задумчиво. — Да и правило это, откровенно говоря... Скажи мне, Бушуй — сам бы ты смог в юности хоть день без беседы душевной с волчицами прожить? Очень я в этом сомневаюсь.

Не правило это для сердца молодого, а цепь зубастая, сердце это кровоточить заставляющее... Вполне меня ответы ученика моего устраивают — «да» ему говорю.

Не знает Вран, успело ли сердце его кровью истечь от того, что уж сутки целые с волчицами он не общался — но из груди оно выскочить точно готово.

— Что угодно я бы в юности смог, если бы велела мне это глава рода моего, — вспыхивает Бушуй.

— Но в том-то и беда — не из нашего он рода и ничего потому для рода нашего делать не...

Прерывают снова Бушуя — на этот раз лютица пожилая, в плащ серый закутанная. Смехом хриплым прерывает.

— Ты-то смог бы? — весело спрашивает она. — Бушуй из Малого леса-то смог бы? Ох, умора... Чудо, как ты на одних штанах в конце концов остановился — может, и помогло тебе только то, что штаны эти сами к тебе в племя бывшее пришли да дочерью главы рода назвались? Не робей, Вран из Сухолесья, дурака этого старого не слушай: от других хочет порядка, да у самого разума нехватка.

Я тоже тебе «да» говорю, рада буду посмотреть, как у нас ты обживаться будешь.

Не меняется лицо Лесьяры, когда ещё одна лютица «да» Врану говорит и ещё один старик. И ещё один, и ещё, и ещё... Один за другим они высказываются, кто-то кратко, кто-то — чуть более подробно, и похвалив Врана, и пожурив, но все они к одному и тому же выводу приходят.

Не может Вран счастью своему поверить.