Чудовище под лживой маской

Взяв перо и дневник, в который записывала интересные новости, я спокойно легла прямо на плед, едва покачивая ногами, и принялась за работу. На лерга не смотрела, но этого и не понадобилось.

Огромная тень возвысилась надо мной, отрезая меня от солнца.

– Я понимаю, для чего тебе нужен женский журнал. Ты следишь за модой, и это похвально, но зачем тебе газеты? – насмехался. И ведь не поймешь, издевается или просто улыбается.

– Вы загородили мне солнце, – яро выражала недовольство, по-прежнему не глядя на Драйяна.

– Ты не ответила.

Выдержав довольно долгую паузу, я возмущенно посмотрела на мужчину:

– Я интересуюсь последними новостями. Вдруг вы еще кого-то убили?

– Обещаю, ты узнаешь об этом первая. – Его взгляд моментально вспыхнул. То ли злостью, то ли негодованием.

– О, нет-нет, увольте. Я еще поживу, – ответила, будто мне сейчас вовсе не угрожали. – И, чтобы вы знали, в женских журналах информации даже больше, чем в газетах, потому что сплетни – это то, что говорят люди, а статьи – то, что разрешено властью.

– Вот как? И что же там пишут? – Драйян обошел меня с другой стороны и, невозмутимо сдвинув поднос, сел рядом, заглядывая в журнал.

Смотрела на него, недоумевая, а он будто уверился в моем ошеломлении, но решил еще и закрепить успех. Взяв с подноса булочку, он разрезал ее ножом и намазал маслом, положив кусочек сыра. Более того, свой любимый завтрак он протянул именно мне.

– Спасибо, – пробормотала я, пытаясь прийти в себя.

– Так что там пишут? – он еще и чашку мою взял, делая глоток.

– Подозревают, что именно вы причастны к смерти королевской семьи. Не верят, что наследник имеет родство с покойным королем. Более того, есть статья о том, что в одном из пирств живет десятилетний мальчик – истинный сын короля и одной из его бывших фавориток, которую десять лет назад спешно выдали замуж, – рассказала ему о том, что уже успела прочесть.

Кусок в горло не лез, поэтому я так и продолжала держать булочку в руке, согнутой в локте.

– И что тебе все это дает? – спросил он, самым наглым и непозволительным образом откусывая от моей булочки.

– Это моя булочка, – ошарашенно напомнила я ему.

– Так я ее у тебя и не отбираю. Так что это дает? – откусил он еще раз, а я переложила булочку в другую руку.

– Вам все мои соображения перечислять?

– Все.

– О том, что вы виновны в смерти королевской семьи, я знаю точно.