Чудовище под лживой маской

Каким-то чудом конь добрел до дворца. Совершенно точно уходили в другую сторону, но выходит, лишь сделали круг. Мне действительно некуда идти, кроме как туда. Папа всегда говорил, что в принятии важного решения спешить не стоит. Сердце наливалось болью при воспоминаниях о нем. Наверное, я любила его больше, чем маман. И да, он почти всегда оказывался прав.

Коня увели в конюшни, а я вошла во дворец, чтобы тут же подняться в свою комнату. В крыле фрейлин стояла тишина, будто все вымерли. Лишь бы ничего важного не пропустила.

Королева просила не задерживаться, а на улицы уже ложился вечер. Не хотелось испытать на себе ее недовольство, а потому торопилась в комнату, чтобы уже через секунды обнаружить, что сундук до сих пор не принесли.

Служанка ничего о судьбе подаренных мне вещей не знала. Она помогла мне принять ванну, отыскала подобающую одежду и принесла поздний ужин. Пока пыталась пропихнуть в себя еду, думала о предательстве де Нераш. Наши семьи всегда были дружны, но пир так легко лгал, глядя мне в глаза.

Когда мы с ним беседовали сегодня, он уже знал о том, что моего отца нет. Более того, ничего не сказал и о том, что Абиль женится на другой. Так больно, когда предают те, кому действительно веришь.

Смахнув слезы платком, поднялась с кресла и направилась к дверям. Собиралась посетить гофмейстерину, а после – королеву. Хотела просить у нее разрешение отправиться в пирство, чтобы присутствовать на похоронах. Надеялась, что Ее Величество не откажет.

– Войдите, – громко проговорили за дверью.

Шагнув в комнату, я сделала неглубокий реверанс и посмотрела на женщину, которая сидела на диванчике и читала книгу. Ее комнаты разительно отличались от моих. Роскошь на грани приличий. К тому же у нее была отдельная гостиная, в которой я сейчас и стояла.

Платье с золотой вышивкой сковывало пышную фигуру, а светлые локоны обрамляли круглое лицо. Чуть моложе королевы. Наверняка женщина раньше была такой же фрейлиной, но осталась при дворе. Честно, я бы не смогла всю жизнь нянькаться с молоденькими девушками.

Для этого нужны стальные нервы.

– Что вам угодно? – она закрыла книгу и, отложив ее на столик, посмотрела на меня.

– Добрый вечер, лергия. Мое имя Аврора де Ламаш. Я получила назначение от Ее Величества, – проговорила вполне миролюбиво.

– Я наслышана о вас, милая. Вам подписали жалование на эту неделю. – Женщина протянула мне бархатный мешочек, в котором звенели монеты. – Комнату вам уже выделили. В расписание я вас внесла.