Бессмертие не для всех

Вымело его этим светом за пределы Шамбары, в мир, где носятся гонимые ветрами, неприкаянные духи, а плоть его рассыпалась прахом.

Зрители поединка, ослеплённые вспышкой необычного света, не поняли, что произошло. Был Дамарх и... исчез!

Хем сжал кулаки, стиснул зубы, по щекам его потекли слёзы. Вместе с благословением отдала ему мать свою силу. Была Сорель феей Радуги, и совершила праду – пожертвовала собой ради живых. Такой была сила её света, что ниррита выбросило из мира, к которому он присосался пиявкой.

Потрясённые люди стояли на площади и не знали, что делать. Вдруг синяя молния пробила облако, и прямо перед Хемом опустился дракон по имени Вечер. Толпа кинулась врассыпную, но все услышали его громовой голос: "Собирай войско, Хем Светоносный! Мало победить Дамарха, нужно взять Изморг, освободить народы Крора от приспешников тирана, пока они не опомнились!"

Быстро разлетелась весть об удивительной победе, люди воспрянули, окрылённые надеждой; собралась толпа и двинулась на Изморг.

Первым летел Хем на синем драконе. По дороге присоединялись к ним все жаждущие биться за свою свободу.

Знал Сарказ, верный прислужник Дамарха, что разъяренные люди сокрушат Изморг, камня на камне не оставят, но не испугался. Зачем сражаться, если сила его в колдовстве. Самые смелые, честные и отважные гибнут первыми. Встретил армию нападавших густой, ядовитый туман, и пали многие воины, даже не достигнув вражеских ворот. Самого Хема вынес из отравленного марева Вечер. Птицы полетели назад, предупредить всех, кто следовал за Хемом, чтобы спасались бегством.

Люди, звери, змеи, – все спешили прочь от смертоносного тумана, который полз за ними следом. Понял Хем, что не остановится Сарказ, погубит земли Крора, отравит всё вокруг, но не сдастся! И тогда приказал Хем всем живым взойти на корабли, которые построили для Дамарха, и спасаться в море. Кто успел, уплыли от опасности, а туман дополз до берега и развеялся. Много магических сил потерял Сарказ и не стал преследовать беглецов.

Места, отравленные туманом, долго еще считали гиблыми. От самого Изморга до Прибрежных гор протянулась Горькая просека.

– Прибрежные горы мы до сих пор называем Душегубцами, – усмехнулся Дебори. – Опасные места.

– А бухту, где строился флот Дамарха, называют Проклятой Гаванью. Никто не селится там, – кивнул Юниэр.

– Я слышал, что чёрные шатуны выползли из мари, – вставил словечко Буги.

– Давайте послушаем про Байлаш, – сердито потребовал Шумми.