Бессмертие не для всех

– Ну, что Эреб? – Пум сидел, подперев щёки коричневыми кулачками, напротив друга.

Юниэр рассмеялся, потому что пухлый грибун весь искрился от любопытства.

– Эреб отказался! Представляешь? – Юниэр внимательно следил за тем, как ротик Пума округлился в букву "о".

– Ты меня разыгрываешь? – обиделся Пум.

– Нет. Эреб, правда, отказался. Железный старик. Он мне сказал: "Я тебя уважаю. Ты стоящий юноша, но не мой сын. Кто знает, может, твои родители когда-нибудь найдутся".

– Что ему, жалко что ли? – всплеснул руками Пум.

– Спасибо, дружище! – Юниэр улыбался. – Теперь я буду звать тебя папа Пум.

– Шутишь, а я серьёзно говорю, – покачал головой Пум. – Только королева вряд ли захочет выходить замуж за грибуна.

– А куда ей деваться? Она меня выбрала. Поздно менять решения. Юниэр Рыжик, – с удовольствием сказал он, – как звучит, а?

– По-дурацки, конечно, – вставил свое слово Буги, – глупее не придумаешь.

Юниэр прыснул.

– Первый раз вижу такого э... сердитого грибуна.

– Это Буги, – вздохнул Пум, – с ним ничего нельзя поделать. Скрипит целыми днями.

– Если не нравится, я могу и уйти, – нахмурился Буги.

– Нет, нет, ни в коем случае, – запротестовал Юниэр. – Мне кажется, ты очень хороший парень, Буги.

– Да уж, бывают и похуже, – нехотя согласился польщенный Буги.

– Так вот, – продолжал Юниэр свою историю, – теперь не знаю, что говорить моей Мирэ.

– Кто такая Мирэ? – поморщился Буги.

– О! – воскликнул Юниэр. – Это моя невеста.

– А точнее? – прищурился Буги.

– Мирэя, дочь Киннара, – королева Сундара.

Буги задумался.

– Ты хочешь жениться, чтобы стать королём? – предположил он, наконец.

– Отнюдь! – возмутился Юниэр. – Я её люблю.

– Ты такой прозаичный, Буги, – возмутился Пум. – Юниэр рассказывал мне, как её встретил. На празднике, Сиреневой ночью: костры, фейерверки, и она – чудесная фея в венке из красных роз.

– Не продолжай, мне уже дурно, – запротестовал Буги.

– Ты не прав, Буги, – улыбнулся Юниэр, – Мирэя действительно стоящая девушка и любит меня.

– Может быть, может быть, – пожал плечами Буги, – но мне даже не жалко таких простаков, как ты: вы сами нарываетесь.

Зазвонили колокола. Буги заткнул уши. Сундарские корабли подошли к причалу. Юниэр посмотрел в окно.