Бессмертие не для всех

Поэтому, мой долг наказать преступников. Вы ещё очень, очень молоды, поверьте опытному воину, заговор тут налицо. Фейры и нарисейцы виновны.

– Нет, – возразила Мирэя. – Когда Дориан ушел, король был жив – два свидетеля могут подтвердить это. Киннар поручил фейру пригласить на Совет нарисейцев и обещал дать им охрану. Зачем им убивать короля, который восстановил мир с ними? Если кому-то и выгодно было убить Киннара, то только не им. Вы собираетесь напасть на Нарисею и убить невинных людей. Пока убийцу не найдут, не будет никаких действий.

Зарад был взбешён. Как она смеет ему перечить! Он думал, что легко будет руководить ею, но Мирэя, оказалась упрямой и, похоже, с молоком матери всосала эту непонятную благосклонность её родителей к фейрам. И почему рядом с ней Юниэр? Он его подчинённый и должен быть в войске.

– Юниэр! – возмутился Зарад. – Почему ты не выступил в поход вместе с армией? Ты нарушил боевой приказ.

– В такое время вы говорите о каких-то мелочах, – рассердилась Мирэя.

– Это не мелочи. Если солдаты будут нарушать боевую дисциплину, армия превратится в хаос, – возразил Зарад. – За нарушение приказа я вышлю его в Крор без права возвращения в Сундар!

– Вы не вышлете его в Крор!

– Это почему же, Ваше Величество? – усмехнулся Зарад.

– Потому что он... он – мой муж. А не ваш воин. Он ваш король.

С двух берегов Серебряной Струи люди воззрились на Мирэю в изумлении.

– Поздравляем, Юн! – раздалось несколько голосов.

Зарад схватился за голову.

– Постойте, но когда? Вы не обручены!

– Мы обручены, – отрезала Мирэя.

Солдаты в строю шептались всё громче и спорили, указывая на Мирэю и Юниэра.

– Да, говорю тебе, это они!

– Точно, и я теперь вижу. Вот это трюк!

– Когда это вы успели? – не отставал Зарад.

Мирэя молчала. Юниэр улыбался.

– Мы обручились Сиреневой ночью, – сказала Мирэя, подъехав к Зараду ближе, – по древнему закону.

Зарад ничего не смог возразить. Сам Хем выбрал себе жену на празднике Сиреневой ночи, но когда это было! Потом ещё был Весёлый Бартл, который женился на фее! Больше никто из сундарских королей не обручался по древнему закону, но связи, обретённые таким образом, считались нерушимыми, и все признавали такой брак.