Бессмертие не для всех

Покои принцессы размещались высоко, и карабкаться по карнизам и еле заметным выступам в наступивших сумерках было рискованно, но они ещё в детстве натренировались лазить по стенам, когда играли дни напролёт, предоставленные друг другу, и запомнили каждый камешек, нишу и решётку.

Самым опасным участком была отвесная и довольно гладкая стена, по которой им пришлось спускаться с помощью верёвочной лестницы. Здесь был тупик, каменный колодец, огороженный со всех сторон, и лестница висела годами, казалось бы, никому кроме них не нужная.

А в каменной ограде было небольшое отверстие, замаскированное кустами ракитника, через которое можно было выбраться с территории дворца. Когда-то принцесса придумывала невероятные истории о смелых пиратах, контрабандистах и шпионах, проникающих во дворец через тайный ход, а Айрен её восхищённо слушала. Но жизнь в Рансане была такой мирной и неспешной, что о приключениях оставалось только мечтать. За все эти годы ни один злоумышленник не посягнул на жизнь обитателей дворца или их имущество.

Беглянки перебрались на другую сторону и помчались к Алдарионскому лесу, откуда доносилась громкая музыка, весёлые голоса и смех. По дороге девушки завернули в Розовый сад и нарвали цветов. Предусмотрительная Айрен захватила с собой нитки и быстро сплела венки принцессе и себе. Она увенчала Мирэю венком из огненно-красных роз и воскликнула:

– Ну вот, теперь ты похожа на деревенскую красавицу!

Мирэя засмеялась, глаза её возбужденно сияли. Струи чёрных волос были туго свиты в косу, и алые розы полыхали над юным лицом.

Себе Айрен сделала венок из белых роз и сирени.

На Большую поляну, к горящим кострам, они пришли в самый разгар праздника.

– Запомни, – строго сказала Айрен, крепко держа Мирэю за руку, – главное – не потерять друг друга.

Поначалу сердце Мирэи замирало от страха; она боялась, что кто-нибудь узнает её, но потом освоилась и закружилась в стремительном хороводе. Принцесса с удовольствием прыгала через костры, танцевала и пела. После нескольких глотков хмельного вина, которое раздавали жаждущим крепкие молодцы, восседающие на бочках, она стала игриво отвечать любопытствующим, что её отец король Сундара, и была страшно довольна, что ей никто не верит.

***

Всё цвело и пело тёплой весенней ночью. Юниэр и Лафер уже напрыгались на первый раз и теперь стояли в тени, наблюдая за буйно резвящейся вокруг костров молодёжью. Воздух был пропитан сиреневым запахом, сиреневыми звёздами расцвечено ночное небо.