Оковы

Духи обступили их плотным кольцом и становились все навязчивее. Мираэль схватилась за голову. Они говорили одновременно – это было невыносимо.

Орманг не выглядел сколь-либо растерянным. Казалось, его не очень-то и беспокоило призрачное общество. Он словно вышел на прогулку перед обедом.

– Не бойся их. Нам надо дождаться рассвета, и они исчезнут.

– Только вот до рассвета нужно дожить. Они разорвут нас! Мы смертны. Ты забываешь об этом. И ты смертен. Если твое тело окончательно умрет – ты отправишься туда, откуда явился.

– Разве не этого ты хотела? Ты умрешь, я умру. Дверь захлопнется. – презрительно отметил Орманг.

– Я больше не хочу умирать! – возопила Мираэль.

– Вообще-то и мне умирать не хочется. В твоей человеческой голове иногда рождаются здравые мысли. Ты нужна живая, все еще нужна…

Он выпрямился, сверкнул желтыми глазами.

– Мы готовы услышать вас, жители древнего города.

Он был величественен и полон достоинства. На один миг Мираэль показалось, что она видит сверкающую черно-голубую корону над его головой.

Духи смолкли. На мгновение вокруг наступила оглушающая тишина.

Затем город начал меняться. Время словно обратилось вспять.

Лианы скукожились и отступили. Руины поднялись и стали обрастать кирпичами. Тучи уплыли куда-то в неизвестность.

Вскоре пленники города застыли под звездным небом перед великолепным южным дворцом. Между колоннами песочного цвета стояли коптящие чаши с огнем.

– И что от нас потребуется? – пробормотала Мираэль.

– Я знаю не больше твоего.

Орманг рассматривал колонны с нескрываемым удовольствием. Похоже он был ценителем величественной архитектуры.

Мираэль не была уверена, что входить в дворец хорошее решение. Но если их отправили в далекое прошлое, это можно считать приглашением?

Они поднялись по ступеням и обнаружили, что они вполне материальны.

Огромные двери отворились легко. Путники оказались в просторном высоком зале.

Это был храм с огромными статуями древних богов снисходительно взирающих на смертных.

Среди застывших во времени фигур, у некого подобия алтаря преклонили колени двое – мужчина и женщина. Она была юна, темноволоса, а он – красив как юный бог.

– Мы вторглись в какой-то сакральный ритуал, – прошептала Мираэль. – Еще не поздно уйти.

– Не терзайся. Они не видят нас.

Орманг подошел к паре и встал перед ними. Провел рукой перед глазами.

Мираэль перестала таиться.

– Мы должны увидеть это.