Незавидная невеста

И от этого уже никуда не деться, даже если мне совершенно не хотелось никуда уезжать, а про отбор не могла и помыслить! Но если я откажусь, в этом доме нам с Олли не жить. Дядя разгневается окончательно, сгнобит меня, а брату не даст денег на лечение, и это его погубит.

Поэтому я решила, что мне стоит... набить себе цену, понимая, что и дяде некуда деваться.

Судя по всему, он тоже это понимал.

- Хорошо, – заявил мне. – Твой брат тоже получит титул. Я согласен, Агата!

- И еще вы оплатите лечение Олли в этом году, – продолжала я торговаться.

– Знаю, дядя Бернард, вы и так хотели это сделать по зову своего большого и любящего сердца… – На это он снова моргнул. – Но я хотела бы у вас попросить, чтобы ко мне больше не приходила Абигейл и не читала мне морали, рассказывая, насколько мы с Олли мерзки в своей нищете.

- Я за этим прослежу, – кивнул он. Затем склонил голову, прищурившись: – Но раз так, Агата, то с моей стороны тоже будет условие.

Я хочу, чтобы ты поехала в столицу и…

- И?!

- Чтобы ты покорила сердце нашего короля.

Услышав это, я с сомнением покосилась на дядю, а затем украдкой взглянула на собственные руки. Не переборщила ли я с магическим лечением? Или, быть может, все-таки опоздала? Неужели дядю разбил удар, и он немного того…

Свихнулся?!

Да, я собиралась отправиться на отбор и сделать все, что в моих силах, чтобы не сильно на нем опозориться. Вернее, достойно представить семью Корнуэллов, хотя слабо понимала, как все будет происходить и что мне придется для этого сделать.

Но покорить сердце короля?! Как дядя себе это представляет?

- Это невозможно, – сказала ему, а затем выразительно покосилась на портрет Брайна Стенвея. – Подумайте, кто он и где я?! Вернее, кто я?

В двенадцать лет я попала в приют, из которого сбежала через два года, потому что деньги, оставленные на лечение Олли, закончились, а Сестры заявили, что на все воля Богов.

И, если Боги решили, что Олли пора покинуть сей бренный мир, кто мы такие, чтобы Им противиться?..

Такая ситуация нисколько меня не устраивала, поэтому я всеми силами пыталась раздобыть деньги и делала это целых два года, пока, наконец, не поняла, что это выше моих сил. Зато последние два года я провела в доме дяди на правах бедной родственницы.

И, можно сказать, у Корнуэллов мы с Олли зажили припеваючи.