Орк ее мечты

А еще знакомым, действительно тот самый, на котором я приехала в город.

— Какой красавец, — прошептала я.

Щер заинтересованно посмотрел в мою сторону, принюхиваясь.

— Приблизься к нему. Я рядом, — велел Зур.

— Ты же не обидишь своего щера? — нахмурилась я.

— Тебе бы больше о себе переживать, а ты… Давай, иди, но очень осторожно.

— Ладно… — пробормотала я и сделала несколько шагов навстречу животине. Тот фыркнул, но косился дружелюбно.

— Эль, а ну назад, — раздалась резкая команда сзади, но я ничего не успела сделать, как Миз стремительно приблизился, и шершавый язык прошелся по моему лицу.

В шоке были все, и я, и орк. А щер ехидно ощерился. Они что, разумные?!

Расположившись на поляне рано утром, еще до того, как солнце начинало печь, я осматривала животинок Зура. Проверяла здоровье, знакомилась ближе. Они были рады мне и норовили выпросить ласку или вкусняшку. А какие они милахи, когда им чешешь пузико! И все-таки, на мой взгляд, они разумны, хоть Зур и не признается.

Мой орк ходил пару дней словно оглушенный. Он больше не пытался мешать знакомиться с щерами. Когда мы с животными были рядом, между нами царило полное взаимопонимание. И орк оставлял меня следить за ними.

Для Танга это был удар. На следующий день после моего с щерами знакомства он увидел картину «Я и животинки в вечной дружбе», долго смотрел на меня, а потом ушел. Вождь тяжело воспринял факт моего переезда к его племяннику. Зайти к нему, что ли, поболтать, а то напридумывает себе чего-нибудь.

Когда представилась такая возможность (у Зура был выходной), я отправилась к вождю. Снова не постучав, осторожно заглянула в кабинет и увидела Танга за возлиянием. Интересно, что пьет?

— Зачем пришла? — напрягся мужчина. — Что, снова в библиотеку?

— Нет, там для меня уже нет ничего интересного, — ответила я, заходя в комнату. — Но есть вопросы. Что случилось с остальными девушками?

— Живут в общем доме. На ближайшей сходке племен обменяем их на других.

— Меня тоже? — поинтересовалась я, прищурившись.

— Я был бы не прочь, но Зур не позволит, — скривился вождь.

— Почему я тебе не нравлюсь?

— Ты разобьешь сыну моей сестры сердце, заставишь его страдать. Слишком красивая и независимая. Женщина, она скрепляет дом, дает ему душу. Что можешь дать ты?

Окинув огромного мужика в косичках взглядом, я подивилась, откуда в такой махине подобные поэтические и романтические взгляды?

— Не знаю. Я никогда не создавала пару.