Институт неблагородных. Тёмные крылья

Далида был уж вся красная то ли от злости, то ли от бессчётного количества попыток.

— Зачем вообще нам всё это нужно?!

— Ты же слышала: для того, чтобы уравновесить свою стихию.

— Вот ещё! — ворчала Далида. — Я боюсь огня!

— А мне он нравится.

— Ещё бы! Ты просто хочешь понравиться одному блондинистому Дракончику, — тихо засмеялась подруга.

Ада, которой только-только удалось настроиться, снова сбилась, захваченная вихрем противоречивых чувств. Огонёк, нарастающий под ладонями, распался на десяток искорок, и те больно впились в кожу девушки.

— Тихо там, сороки! — рыкнул “дедушка”. — Грекова, лучше старайся. Прям какой-то склизняк сегодня! Я жду от тебя лучших результатов.

— Да, учитель! — отозвалась Ада и закусила губу от боли и чтобы не расплакаться. Почти получилось! И всё из-за Далиды! А ведь лучшая подруга!

— Ну, прости, я просто пошутила, — виновато захлопала глазами соседка.

— Мне нет дела до чужого жениха! — отрезала Ада.

— Всё-всё, больше ни слова!

Ада снова сосредоточилась на задании, девушка чувствовала, что близка к цели. Если бы не мысли о Марке и Лилиан всё время, лезущие в голову! А ведь, собственно, ничего страшного не случилось.

Ну, поужинала моллюсками наедине с Драконом. Невинный поцелуй — милая шалость с его стороны, желание гульнуть перед свадьбой. Теперь, когда он наверняка узнал о разговоре Ады и Лилиан, девушка больше с Марком не встретится.

С шаровой молнией никак не выходило! Из глубины души, словно мутный ил со дна реки, поднималась досада, перемешанная с обидой.

К чёрту их всех, вместе взятых! Ада будет сама по себе, заставить не смогут, так вроде говорила Соль. Если нельзя выйти замуж по собственному выбору, значит, нельзя выходить! “Ни отдавай и поцелуя без любви!” Раньше эта истина казалась девушке наивной, сходной с подростковой глупостью, а теперь Ада ухватилась за неё, как за пламя свечи - единственный ориентир в кромешной тьме чужих намерений.

Ада закрыла глаза и увидела огонь. Вначале он был маленьким, запуганным ребёнком, но постепенно мужал и креп, рос и делался ярче, пока не стал пожаром, призванным выжечь всё, чтобы на пепелище построить новую жизнь. Будет ли она лучше, покажет время.

— Прекрасно, Ада! Таких сияющих идеальных молний я давно не видел даже на втором уровне! Браво! — услышала девушка совсем рядом голос учителя и открыла глаза, щурясь от дневного света.