Институт неблагородных. Тёмные крылья

Первые уроки

— Начнём, все в сборе! — произнесла Жилка Фрирр, дважды пересчитав по головам собравшихся.

Девушки сидели в квадратном зале, потолок которого подпирали массивные колонны. Ада чувствовала себя, словно на собрании секты, настолько помещение напоминало церковь, только вместо алтаря были кафедра и длинный стол из белого камня, похожего на мрамор. По обе его стороны возвышались статуи выше человеческого роста, выглядящие как живые; они изображали женщин, одни из которых смахивали на горгон, а другие - на птицелюдей, и мужчин со змеиными хвостами, державших в руках толстые книги.

Лавки, на которых сидели иномирянки, стояли в несколько рядов, зал был разделён на левую и правую половину широким проходом, ведущим прямо к столу преподавателей, как их окрестила Ада. За трибуной сидели три человека не старше сорока лет. Женщина в белоснежной рубашке, погружённая в собственные мысли, ни на кого не смотрела, но с первого взгляда было понятно, что она здесь главная. Двое мужчин, сидящих по бокам от холодной красавицы, были полными антиподами друг другу, как суровый аскет-учёный и светский фат.

— Разве нас было не двадцать? — спросила Далида, наклонившись к Аде, и одновременно оглядывая заполняющееся людьми помещение.

— С чего ты взяла, что мы - единственный набор? Возможно, каждую ночь прибывает пополнение. А за неделю могло столько Существ притащиться!

Ада счастливо вздохнула. Время в этом мире пролетело для неё как один миг: она успела сдружиться с Далидой и Селеной - застенчивой ундиной с фиолетовыми волосами.

С остальными девушка тоже старалась быть доброжелательной.

Вся подготовка к распределению занимала несколько часов в день, в течение которых Ада выполняла различные задания: от выбора скрытых от её глаз предметов, до интуитивного составления зелий. Приходилось опускать руки в чаны с водой ядовито-жёлтого цвета, пересказывать сны, угадывать будущее неизвестных людей на картинах и слышать своё тело. Были и собеседования, где она сидела в комнате одна, и разные голоса задавали ей, на первый взгляд, весьма далёкие от магии вопросы.

Ада старалась отвечать честно и спокойно, но иногда, казалось, что спрашивающие просто стараются вывести её из равновесия. Особенно, их интересовало: знает ли она своего настоящего отца. Девушка лишь пожимала плечами и качала головой. На очередной расспрос, кто дал ей такое имя, она без обиняков отвечала:

— Приёмная мать. Она назвала меня в честь дочери лорда Байрона.