Огонь в крови

Без особой необходимости о них старались не то что не говорить, но даже не вспоминать. — Узнать, был ли он вольнонаемным убийцей или членом гильдии, — также не представляется возможным.

Абелю его ответ не понравился.

— Есть это,— одно короткое движение руки — и на укрытые одеялом колени Раданэша упал печально знакомый мне нож, основательно испачканный чужой кровью. — Найдите заказчика, вашество. Иначе мне придётся заняться этим самостоятельно. Не думаю, что вы обрадуетесь, если я возьмусь за дело. Мои методы мало кому придутся по вкусу.

Прозвучало не то чтобы угрожающе, ужас говорил просто, не стараясь запугать, но от его спокойного, даже равнодушного голоса и от слов, которые он произнес, пробирала холодная жуть.

И мне почему-то подумалось: а может, неспроста драконы уснули? Может, так оно было лучше? Устыдиться не успела. Резко отвернувшийся от короля, тяжело переваривающего услышанное, Абель уже совсем другим, живым и виноватым тоном произнёс:

— Прости, что заставил идти со мной. Твоё присутствие было не обязательно, желания откусить ему голову у меня так и не возникло.

Я видела, как посерел после этих слов и без того бледный Раданэш, и не смогла сдержать тяжелого вздоха.

Я делю постель с настоящим человекоядным монстром. О Эллари, я пытаюсь от него подушками отгородиться!

Я ставлю ему условия. Я совсем с ума сошла.

И, как истинная сумасшедшая, я не смогла промолчать:

— Восхищаюсь вашей сдержанностью.

ГЛАВА 5. На крыльях

— В смысле, вечером?!

Ощущение безнаказанности — главный враг осторожности.

Три дня назад я бы остереглась повышать голос в присутствии дракона. Чуть меньше седмицы назад я бы в ужас пришла от одной мысли о том, чтобы продемонстрировать недовольство его решением.

Сегодня я просто сидела в шоке, не веря услышанному.

Семь часов утра. Я, помятая и сонная, с трудом заставила себя оторвать голову от подушки, желая хоть раз за последнее время одеться, не ежась под драконьим взглядом, и вот вам, пожалуйста: не успела даже толком проснуться, как в спальню ворвался дракон, бодрый и довольный жизнью, в одном из своих новеньких нарядов, что угнетали бедностью вышивки Абеля, но очень нравились мне, а потому безропотно носились (как утверждал сам ужас).

И я тут же была сражена возмутительной в своей неожиданности новостью: мое захватывающее приключение должно было начаться сегодня вечером.

Ну, это я так перевела исчерпывающее:

— Проснулась? Очень хорошо. Веда, золотце, собирай вещи, вечером мы вылетаем.