Огонь в крови

Бриллианты прозрачнее дождевой капли, в оправе из зеленого золота… Ты когда-нибудь видела зеленое золото? — глухо спросил он, на ощупь найдя мою руку. Я неосознанно вцепилась в край стола, еще когда меня на него посадили, но теперь пришлось отпустить. Тихо выдохнув, Абель переплел наши пальцы, и ладонь его была обжигающе горячей.

— Нет…

— Я подарю его тебе, — пообещал он. После недолгих раздумий щедрость его и вовсе приобрела катастрофический размах: — А знаешь, забирай всю сокровищницу…

— Для дракона, одной из неотъемлемых и важных целей в жизни которого является как раз наполнение сокровищницы, ты сейчас вообще кощунственную вещь выдал, — заметила я.

Пальцы на второй руке тоже пришлось разжать и отпустить край стола — поддержать в этот безумный момент конкретно поехавшего крышей Абеля было важнее. Погладив его по спине, я пообещала: — Но я сделаю вид, что ничего не слышала.

— А первого ребенка мы назовем Гейр.

— Что? — опешила я, отчетливо понимая, что это не ужасу поддержка нужна, теперь она нужна мне.

— Думаешь, очень глупо с моей стороны надеяться, что первым будет мальчик? Конечно, в нашей стае, как правило, первенцами всегда были самцы, но нужно же брать во внимание и особенности твоего рода. Кто у вас рождался чаще? — неправильно понял мой возглас Абель. — И как ты хочешь, чтобы мы назвали девочку?

Отлипнув-таки от моего плеча, он попытался заглянуть мне в глаза, а я взгляд не могла отвести от красноватой линии на его виске, оставленной краем моего капюшона.

— Сокровище?

— Какие дети?

— Наши, — потерев полосу, Абель деловито заметил: — Драконов, знаешь ли, осталось не так много, мне нужно думать о возрождении рода.

В дверь постучали.

И вот где-то в это момент, между растерянным взглядом дракона и вежливым «тук-тук», я поняла, что принятие клятвы Девора от безумных планов Абеля меня никак не спасло.

И от этого становилось грустно.

— Вы уже отдохнули? — не дожидаясь разрешения войти, в покои ворвалась Айана. — О, я не помешала?

— Да.

— Нет.

Ответили мы одновременно.