Мама для дракона. Попаданку вызывали?

Бретта странно посмотрела на нас с Джеймсом и вновь закричала:

— Почему ты её жалеешь? Это мою Бусю отравили! Мою маленькую беззащитную Бусю! Почему её? Почему не эту! — вопила девица, показывая на меня пальцем с ярко-красным маникюром.

— Потому что твоя собака сама налакалось яда! — резко ответил мужчина. — А отравить хотели именно леди Мариэллу.

Внезапно около меня возник герцог Харт и учтиво произнес:

— Как же так. Деточка, с вами всё в порядке?

— Не уверена, — ответила я.

— Кстати, Джей, а ведь завтрак для леди Мариэллы так и не принесли, — заметил дядя князя.

— И хорошо, расставаться сейчас не с чем, — пробормотала я, с трудом сдерживая тошноту.

Муж удивленно посмотрел на дядю, потряс головой, будто пытаясь скинуть чьи-то путы.

— Как это не принесли? Я же помню, как лакей накладывал что-то в её тарелку… Да что это такое... Миссис Брукс, в чем дело? Почему не принесли завтрак для моей жены? — с трудом проговорил князь, ища глазами экономку.

— Ваша Светлость, я только что узнала, слуги выполняли приказ леди Грэй, — ответила та.

Джеймс резко отстранил от себя любовницу и спросил:

— Как это? В чём дело, Бретта?

— Но, дорогой, — наигранно проворковала девица, вмиг забывшая про погибшую собаку. — Ничего с ней не случилось, ну не поела она один раз.

— Так, мисс Грэй, мы это обсуждали! Ты не вредишь матери моего ребенка! — приказывал князь. — Ты это помнишь? — сверлил он девицу вертикальными зрачками.

— Помню… Но ты же знаешь, как я люблю тебя, Джей, — с придыханием проговорила дамочка.

— И при чём тут попытка заморить голодом Мариэллу? И вообще, как ты посмела командовать в моём доме? Кто дал тебе право распоряжаться слугами? — мрачно поинтересовался князь.

— Потому что я хозяйка в РоттерХаусе! — заявила любовница мужа, топнув ногой от негодования.

Князь довольно прохладно посмотрел на неё и с насмешкой проговорил:

— Так никто и не спорит, солнце моё. Ты хозяйка, но не РоттерХауса, а моей спальни. Так что не забывайся, пожалуйста.

— Конечно, дорогой, — пропела Бретта, кидая злые взгляды на меня.

Тут я почувствовала, как на меня накатила такая усталость, что я с трудом устояла на ногах. Как же я устала от этих разборок!

— Могу ли я уйти? — тихо спросила я.

— Что? — спросил муж, посмотрев на меня.

Я надеялась, что он понял, насколько мне плохо.