Легенда о Глорусе

Поэтому экскурсия по первому этажу прошла вполне сносно. Немного задержались в библиотеке, где ловелас пытался покорить меня цитированием неизвестных строк; в танцевальном зале, где без музыки, на чистом энтузиазме пытался завальсировать, и в оранжерее, где почти каждая часть моего тела была сравнена с каким-либо цветком или растением. Но ирония заключалась в том, что на фоне кролика-энерджайзера я выглядела скорее пожухлым овощем, нежели благоухающей розой. Да, устала быстрее, чем рассчитывала. Понадобилось всего пару часов, чтобы я выдохлась морально.

— Чем дальше займемся, мисс Ингрид? — лучезарно спросил Роджер, всё еще пребывая в возбужденном состоянии. Будто тайком где-то энергетиками закидывался. — Я заметил в гостиной пианино. Быть может, порадуете своей игрой? Или же сыграю я, а вы доставите удовольствие и мне и гостям своим чудесным пением?

«Ну, на моих нервах ты уже неплохо сыграл, так что продолжения банкета не будет», — его безумная затея восторг не вызвала.

— Давайте в другой раз. Сейчас я не в настроении ни развлекаться, ни развлекать.

— Вы чем-то обременены?

«Кем-то, дорогой. Тобой!»

Роджер остановил меня и, глядя в глаза, неумолимо попросил:

— Прошу, расскажите, что вас гложет. Что бы это ни было. Я не могу видеть вас такой подавленной и отстраненной. Я хочу вас развеселить, но не знаю как. Похоже, все мои попытки тщетны и делают только хуже.

Мне показалось, он говорил искренне. В его глазах читалась обеспокоенность. Возможно, Роджер действительно сожалел и пытался всё исправить. Но дело было далеко не в нем. Ничто не изменило бы того факта, что мне плевать, говорил он правду или же к нему ехала статуэтка «Оскар». Я не собиралась выяснять отношения, играть в молодоженов и строить семью. Нет. Не здесь. Я желала лишь одного — вернуться домой.

— А почему ты вернулся? Разве разрыв помолвки — не оскорбление тебя и твоей семьи? — прямо спросила у Роджера.

— Отец задавал мне тот же вопрос, — тихо ответил он. — Не скрою, я был зол, когда получил то письмо. Пока вам в одиночку приходилось бороться с недугом, я дурно о вас мыслил, раскаиваюсь. Но что бы ни делал, с кем бы ни встречался, я не мог вас забыть. Ту жизнерадостную, по-детски наивную улыбку, те глаза цвета золотой осени, те нежные руки, что подарили мне покой, те желанные губы… что подарили любовь.