Легенда о Глорусе

— Блин, и что теперь делать?

Играть в игру «Найди десять отличий». Я наконец посмотрела в зеркало и впервые за всё время пребывания в этом мире увидела свое отражение так близко и четко: скулы стали острее, кончик носа почему-то был вздернутый, над правым глазом пропало нависшее веко — словно отредактировали в фотошопе.

«Это вообще мое тело? — как умалишенная принялась трогать и рассматривать себя. Но из-за дрожи и нервных резких движений случайно обожгла кожу. Боль на несколько минут отсрочила приход паники и немного привела в чувство.

— Так, нужно найти то, в чем точно уверена».

Я присела на корточки, поставила зажигалку на пол, закатала рукав платья и принялась выискивать семейство из пяти родинок на плече.

— О нет.

Беспокойство разлилось по венам: в семье обнаружилась пропажа. Осталось только три родинки. А в зеркале почему-то не отражалось ни одной!.. Маломальское воодушевление как ветром сдуло — теперь на горизонте маячили серые паруса апатии. Ведь мне, похоже, в любом случае уцелеть не удастся.

«Даже если смогу остановить или избежать проклятия, то что будет потом? Останусь в теле Ингрид? Или освобожу его для нее?..» — сердце тревожно забилось в груди. Надежда на благополучный исход медленно угасала, уступая смирению.

— Но почему мое тело вообще меняется? Что за цыганские фокусы?.. Или, точнее, магические? — вдруг вспомнила нечто похожее из книги о Глорусе. — Люди не могут найти путь к волшебному озеру из-за защитной магии, наложенной дриадами.

Они способны замаскировать любой предмет, заставить других видеть то, что тем не является… Если дриады до сих пор союзники духов, то возможно ли, что на мне тоже временные чары? — рассуждала вслух. — Ведь если мы с Ингрид отличаемся внешне, нужно было сделать так, чтобы другие не заметили разницы. Звучит логично. Но это всего лишь предположение. Может, расспросить Адриана про дриад, а затем наведаться к ним?.. Ох, Ингрид, и во что ты только вляпалась, а? — устало посмотрела на свое отражение.

И страх мигом сжал екнувшее сердце: я уже давно отдалилась от зеркала, а в отражении будто стояла напротив. Хаотичное движение рук и полное перемещение в сторону ничего не изменили — «я» в зеркале всё так же не двигалась, отражение застыло.

— Мамочки, — испуганно прошептала.

Паника накатывала снежным комом, а неописуемый ужас сковал тело. Но даже если бы и могла бежать, то всё равно бы к «этому» спиной ни за что бы не повернулась.