Легенда о Глорусе

И это дико испугало: в голове словно беспардонно порылись, отодвинули на задние полки то, что посчитали ненужным, а на главный билборд вывесили то, что нужно было «им». И как тут не почувствовать себя безвольной марионеткой?

«Может, я вообще ничего не решаю? А просто бреду как овца за пастухом? На что вообще способны духи озера? Разве они плохие? Или всё же…» — разум мгновенно атаковали истории о злых и мстительных духах.

— Вот черт! — гневно стукнула пяткой о твердый пол. — Если б только знать, что всё хорошо закончится, я б, может, и не против побыть ведомой.

Но что, если меня используют?! Что, если в конце просто избавятся?..

— Кхар! — отвлек от мозгодробилки призывной крик Карама. — Кхар!

Пришлось выдохнуть, потрепать себя по замерзшим щекам и, с трудом отбросив ошеломляющие мысли, скорее идти на птичий зов, пока на него не сбежались нежеланные гости.

Злополучная зажигалка, к слову, пришлась как нельзя кстати: без света в северную часть особняка вообще можно было не соваться. Даже днем.

— И как удачно ее нашла. Может, тоже неслучайно? — раздраженно хмыкнула себе под нос. Теперь всё вокруг поддавалось сомнению и приобретало заговорщический оттенок.

Карам, как выяснилось, добрался до конца коридора и как ошалелый прыгал на стену, изредка издавая торопливое подобие карканья. Я подошла ближе и присмотрелась — холодный темный камень, на котором красовались почерневшие остатки моей крови.

Проследовав по резким коричневато-грязным мазкам, в сторону, где суетился Карам, я наткнулась на преграду: мизинец зацепился за небольшой выступ, напоминавший проржавевший гвоздь.

Изучив находку повнимательнее, заметила, что он был похож на тот рычаг на кухне, который открыл тайный проход к Адриану. Поэтому единственное, что оставалось, так это снова попытаться повернуть рычаг.

Однако из-за того, что крайняя часть была отколота, ухватиться за него не представлялось возможным. Вернее, для этого пришлось бы разодрать пальцы об острые края, но я решила повременить с очередным кровопролитием, поэтому в ход пошли ноги.

И да, заслуженный «лайк» свободному платью, ибо узкие джинсы точно бы не выдержали такой растяжки.

Я уперлась в выступ подошвой туфли и принялась медленно смещать центр тяжести, боясь ненароком доломать неизвестно как работавшую конструкцию. Но вниз рычаг никак не хотел опускаться. В сторону тоже. А вот вверх поднялся плавно. Раздался тихий щелчок, как от дверного замка, а затем последовал гулкий хлопок.