Легенда о Глорусе

Когда же она закончила с ногами, то перешла к рукам, затем на плечи, шею, грудь… В ее прикосновениях чувствовался глубинный постыдный страх, который необъяснимым образом подпитывал меня. Это было приятно, это будоражило кровь, наполняло энергией. И этого хотелось еще.

— Молодец. Я довольна, — похвалила Лулу, когда та закончила и уже приготовила полотенце.

— Благодарю, — она быстро поклонилась.

— Интересно, господину Роджеру ты так же всё тщательно намывала? Или только кое-чему уделила особое внимание?

Секундный молчаливый ужас, отразившийся на ее лице в тусклом пламени свечей, идеально бы подошел на постер какого-нибудь фильма ужасов.

— Г-госпожа, не понимаю, о чем в-вы говорите, — беспомощно промямлила она, несколько раз чуть не выронив полотенце.

— Да ладно тебе, мне просто любопытно: стоит ли ожидать от будущего супруга внушительного достоинства? Или же придется довольствоваться чем-то малым? Ну так что, поделишься впечатлениями? — промурлыкала я, склонив голову набок.

— Простите.

— С исказившимся от подступающих слез лицом она ринулась к выходу.

— Куда? — остановила ее низким грубым тоном. — Ты еще не закончила. Оботри меня — и можешь быть свободна.

Моя коварная душонка вдоволь насладилась унижением и страданием служанки, что покорно исполнила приказ. Но это не утолило неумолимую жажду действия, что только сильнее продолжила взывать к себе, подпитавшись эмоционально-сломленной энергией Лулу.

Когда та в слезах покинула комнату, я взяла из шуфлядки ножницы и направилась к шкафу.

Сломать замок от потайного хода оказалось довольно легко. При большом желании крохотную дверцу можно было и ногой выбить. Конечно, если знать, куда бить, ведь «потайной» на то и «потайной», что не виден невооруженным глазом.

Я взяла свечу, осветила проход — и довольная ухмылка растеклась по лицу. На черной каменной стене появилась желтая полоса, ведущая влево. Адриан справился оперативно. Без указателя вряд ли бы решилась бродить по узким «муравьиным» туннелям, а так… сама судьба велела.

И с предвкушающим волнением и Карамом на руках я пошла в северную часть поместья.

Внутри не было ни толики страха, лишь маниакальное возбуждение и азарт. Казалось, ничто не могло остановить меня в дерзком стремлении раскрыть тайну поместья. Ни мрак, ни холод, ни риск оказаться пойманной, ни возможная опасность — всё меркло перед желанной целью. Однако безудержное стремление споткнулось о физиологическое ограничение.