Легенда о Глорусе

— Нужно как можно скорее убить его, пока…

— Что за чушь?! — яро возмутилась, поражаясь его способности переводить стрелки. — Любое животное будет защищать свою жизнь. И этот конь — не исключение. А я не собираюсь стоять и смотреть, как вы убиваете его просто потому, что какой-то псине не понравился его запах.

— Решение за вами, лорд Генрих. — Роджер всё так же общался не со мной. — Надеюсь на ваше благоразумие. Вы ведь не допустите, чтобы ваша дочь пострадала.

«Вот же паскуда, еще и манипулирует, — меня прям колотило от злости.

Но сколько бы я не питала ненависти к Роджеру, всё же понимала, что отец мог дать слабину из-за его слов. Поэтому на пару с Уилкинсом — и собравшимся воедино войском — мы внимательно наблюдали за графом, который, переводя взгляд с нас на сражающихся животных, обдумывал услышанное.

— На данный момент вы оба правы, — наконец произнес он. — Не стоит принимать поспешных решений. Мы всё выясним. А сейчас, господин Роджер, будьте любезны, отзовите вашего пса.

— Разумеется, милорд, — кивнул тот, скривив губы в вымученной улыбке. А затем, сжав кулаки с такой силой, что аж вздулись вены, крикнул: — Байрон, ко мне! — Пес послушно подбежал к хозяину и принялся ластиться перепачканной в крови мордой.

Лорд Генрих развернулся к отряду и обратился к командующему:

— Пока не раздобудете цветки Алозии, коня связать и запереть в пуне. Если животное попытается сбежать или проявит истинную сущность, то… — Он на секунду посмотрел на меня, а затем продолжил: — Вы знаете, что делать.

— Да, ваша светлость.

— И раз вам всё равно придется выезжать, пусть часть людей наведается в город и проверит слухи о том разбойнике. Как там его?.. — уточнил у подчиненного.

— Иоанн Черное Солнце.

— Ах, Иоанн, верно. Только его здесь и не хватало, — недовольно пробурчал граф. — Можете идти. А нам, дорогая, — приобнял он меня, — пора на о-очень поздний ужин.

«Теперь понятно, чего все такие злые: не поели».

Я, к слову, тоже проголодалась — хоть и подташнивало немного от нервов, — но уходить еще время не пришло, ведь на горизонте мельтешила немалая проблема.

— Отец, пусть лучше Эрик займется конем. Тот его уже знает и не будет бояться.