Обреченные

«А Анден, должно быть, даже не задумался бы, как сформулировать приказ. И артефакты, подавляющие чужую волю, ему ни к чему. Наверняка, даже не применял бы внушения: простые люди и так буквально в рот ему заглядывали», — зло подумал Фретерико и мысленно обругал самого себя. Потому что Анден Ровере обладал способностью возникать на горизонте, стоило лишь подумать о нем. Причем ладно бы сам являлся. Так нет! Приходилось ехать за ним, рассказывать о сложном деле (а сейчас такое и было), просить о помощи. И этот… проклятый гений, мозголом и манипулятор, конечно, не мог отказать, если просила Марго, вздыхал, кивал и выдавал одну версию за другой, распутывал интриги, не чурался ни стали, ни револьвера, не ждал признательности и награды, прося об одном: оставить его в покое.

Вот не любил Фретерико этого типа. Но отдавал должное его умению сводить концы с концами.

За то время, что он размышлял, гроб подняли и открыли. Кто-то вновь ахнул: не понять женщина или мужчина.

Подростку оказалось лет четырнадцать-пятнадцать. Он лежал неподвижно, бледный, наверняка, холодный, но Фретерико было не обмануть. Вернее, не столько его, сколько артефактное стекло в пенсне. Уж оно однозначно давало понять жив человек или нет.

Придет время, и такие штуки появятся в свободном доступе. Ими оснастят все больницы, ими станут пользоваться лекари и сотрудники правопорядка, и зла в мире станет значительно меньше: допустить фатальную ошибку станет невозможно, только по злому умыслу, но против таких уже будут действовать иные законы, чем против местного докторишки, спутавшего смерть с летаргическим сном.

Осторожно, боясь оступиться, поскользнуться и опростоволоситься — окружающее начинало размываться и подпрыгивать при ходьбе — Фретерико преодолел несколько шагов до гроба. Он, конечно, мог бы снять пенсне, но пока оно необходимо. С помощью верно обработанного стекла Фретерико видел токи, пусть медленно, но циркулирующие во внешне мертвом теле: едва-едва сокращалась сердечная мышца, текла по венам кровь, получал скудную информацию мозг.

Вытащив из кармана мелкую монетку, на первый взгляд ничем непримечательную и неотличимую от прочих, Фретерико положил ее на лоб мальчишки, удовлетворенно хмыкнул, видя, как возвращается к тому жизнь, и наконец снял пенсне и положил обратно во внутренний карман.