Обреченные

Та мягко улыбалась, всматриваясь в незваного гостя. И ведь не предупредила, хотя чутье у нее лучше.

— Меня зовут Маргаритта Витория Ларгар, а тебя? — заворковала она, улыбаясь мальчишке приветливо и радостно.

— Райт… Райт Филипп, — опомнившись, проговорил он. На Марго он смотрел во все глаза. Впрочем, многие на нее так смотрели.

— А этот мрачный тип зовется Фретерико Экеро, — представила его Марго. — Проходи, Райт Филипп. Отбрось стеснение.

Фретерико испытывал сильное раздражение. Ему совсем не улыбалось делить их общество еще с кем-то, не говоря о том, чтобы об этом ком-то заботиться.

— Я не тревожилась бы на этот счет, — заметила Марго, угадав направление его мыслей, и снова обратилась к мальчишке. Тот вздрогнул. — И почему же ты пришел, Райт Филипп? — склонив голову к плечу, поинтересовалась она. — И отчего сказал, будто без надобности собственному отцу?

— Потому что так и есть, прекрасная регга.

Марго усмехнулась, услышав подобное обращение.

— Мой отец женился во второй раз.

— Это не причина, — заметил Фретерико. — Мачеха невзлюбила тебя, это ясно. Хотя… она показалась мне достойной женщиной.

— Так и есть! — заверил Райт. — Регга Эзиса добра ко мне насколько возможно. Но… в доме распоряжается отец и оказывать мне внимание она не смеет.

— Прямо-таки домашний деспот, — сказала Марго.

— Нет! Просто… Он считает, что я не его сын, — потупившись, прошептал Райт.

«По молодости все еще верит, будто виноват в нелюбви кого бы то ни было, — посочувствовал Фретерико.

— Ошибается, — сказала Марго, — но это уже неважно. Он ведь оттого и позвал этого вашего коновала, не став обращаться к знахарке. Кстати, ты проводишь меня к ней?

— Я не намерен пока уходить из деревни, — предупредил Фретерико.

— Не тревожься, я недалеко и быстро.

— Конечно, прекрасная регга, я провожу.

— Витория, — поправила она, затем, подумав, все же произнесла: — А лучше зови меня Марго.

Это уже было слишком! Фретерико резко встал, едва не опрокинув кресло.

— Куда ты собрался на ночь глядя? — ровно спросила Марго, однако на дне низкого переливчатого голоса шуршали крупинки смешинок.

— Спать. А завтра с утра посещу этого коновала, пока он не уехал.

— Удачи.

Глава 3

Ночи стояли прохладные, утра от них не отличались, потому Фретерико уже сто раз пожалел о том, что не захватил шарф.