Второй шанс попаданки. Теперь элита

Или правильно пинга?

– Извини, нужно было тебе булку оставить, – мужчина недоуменно обозрел пустую тарелку и чашку.

– Я же говорю, не надо, – возмутилась я, но начала послушно жевать. В общем, я съела и мне даже понравилось. На вкус и по волокнистости очень похоже на сельдерей.

Хотя это все, конечно, мило, но что дальше? Он встанет, оденется и уйдет? А утром мы как ни в чем не бывало встретимся на занятиях?

– Расскажешь, как съездил? – спросила я только чтобы заполнить паузу, с каждым мгновением становящуюся все более неловкой.

– Увлекательно, – хмыкнул он. – Решал проблемы в Храме, дрался с каким-то неизвестным типом, который смог ускользнуть, поймал диверсанта, а потом целых десять дней присутствовал на скучнейших заседаниях суда.

– Действительно увлекательно, – согласилась я. – Что за диверсант и с кем ты дрался? Можешь рассказать или это тайна Ордена?

– Да какая там тайна?.. – махнул рукой он. – Я думаю даже, что это все имеет отношение к нашим преступникам.

– Но точно ты не знаешь?

– Не знаю, – вздохнул Алек удрученно. – Когда диверсанта задержали, передали его следователям Королевской стражи. И пусть это дело Ордена, но у нас нет своего ментата, а без ментата разговаривать было бесполезно – у него стоял какой-то блок. Вот только мы не успели его допросить по всем правилам – он в камере повесился.

– Нехорошо… – покачала головой я. – Ну расскажи тогда все по порядку.

– Тебя не смущает, что мы лежим в постели и все равно работаем? – усмехнулся он.

– Ах другие?! Кто-то, помнится, говорил, что все силы потерял, и вряд ли две булочки с повидлом смогли их восстановить, – рассмеялась я.

– А вот и проверим, – Алек подгреб меня к себе и начал целовать.

Потом, через некоторое время, он мне, конечно, все в подробностях пересказал. Вот только мозги мои не хотели собираться в кучу, и я решила, что подумаю об этом завтра, как сказала одна потрясающая женщина, а пока можно просто насладиться моментом.

Скоро и я задремала, а когда проснулась среди ночи, Алека рядом не обнаружила. Он исчез, как наваждение. Я даже засомневалась, что он был со мной. Только две пустые чашки, стоявшие на прикроватной тумбочке, напоминали о том, что у меня были гости.