Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж. Книга 2

– Тихон рассказал, что в деревне есть еще случаи такой сонной болезни. Тебе что-то известно по этому поводу? – не прекращал Володя.

– Дети, женщины и мужчины… – пожал Василий плечами, а после прижал к поясу дочь и погладил ее по голове в желании утешить, заставляя меня судорожно сглотнуть и проглотить появившийся в горле ком.

– И ни одного старика, – задумчиво кивнул мужчина за моей спиной, а после задвигал руками на моих плечах. И что-то мне подсказывает, что он не меня так успокаивает. Но в то мгновение я почти не обратила внимания на это, так как замерла и присмотрелась к Дарье.

– Нет, все здоровые из хороших, зажиточных семей.

– Они хоть как-то связаны? – допытывался демон, пока я щурилась, чтобы понять, что мне так не нравится. В темном углу было сложно нормально рассмотреть девушку, потому попыталась сделать шаг вперед, но не смогла сдвинуться: демон не давал, все еще держа меня за плечи.

– Нет, насколько мне известно.

– Почему вы держите ее в такой темноте? – сорвался вопрос, пока я пыталась выпутаться из объятий демона, что сейчас походили на тиски.

– Ах, это! – моргнув, принялся пояснять Василий. – По какой-то причине, когда мы выносим ее на свет, ей становится хуже. В темноте она просто спит…

– И так со всеми? – не отпускал меня демон, словно и не чувствовал моих попыток вывернуться.

Василий кивнул.

– Почему ты не пришел ко мне за помощью? – с непониманием посмотрела я на друга.

– Потому что, в отличие от других, я точно знаю, что ты – не ведьма, – с горькой улыбкой признался Василий. – А тут без волшбы – никак.

Я всхлипнула, а после мое внимание вновь привлекло то, что было на койке. И я не Дарью имею в виду.

От увиденного я оцепенела.

– Ты это видишь? – очень тихо, кажется, одними губами прошептала я, не веря глазам своим, потому что темнота, в которой находилась Дарья… была живой: очень плотной, колыхающейся, как густой и тяжелый туман, что неторопливыми волнами окутывал фигуру девушки.

Володя не ответил, но кивнул.

Я боялась моргнуть, словно завороженная тревогой и скрытой паникой, и неотрывно следила за… чем-то, что точно не принадлежало этому миру.