Царица Теней: возвращение Персефоны (с иллюстрациями от нейросети)

Её переодели: белое длинное платье, воздушное и невесомое, волосы, собранные в косу, — она шла босиком, не замечая холода, не замечая сковывающих её цепей, и держалась очень прямо и гордо. В центре платформы её остановили, с оков на запястьях сняли старые цепи и прикрепили новые, которые брали начало где-то за потоками воды по обе стороны тюрьмы. Замки защёлкнулись, и цепи стали втягиваться в стены, разводя руки Лины и приподнимая её над платформой. Она зависла там, словно белый мотылёк на ветру, потерявший цветочное поле, но, в отличие от мотылька, Лина не выглядела жалко — пусть оковы сдерживали божественную сущность, в глубине её глаз всё равно горела сила, ярко и обжигающе.

Завершив процедуру, отряд охраны покинул её, и на их место явился Деймос. В чёрной военной форме, кожаных перчатках и очках-авиаторах.

— Что ж, всегда знал, что однажды мы придём к этому, дорогая, — его губы расплылись в противной ухмылке.

— Иди в Тартар! — бросила Лина, не поднимая головы.

— Пока не могу, — он отвёл правую руку в сторону, раскрыв ладонь, в которой тут же сформировалась ручка, а затем и оставшаяся часть божественного кнута.

Лина усмехнулась.

— Что? Будешь рассказывать о своём уязвлённом эго? Что какая-то бесполезная я теперь на порядок выше и сильнее? Конечно, легко было унижать беззащитную наследницу крови, не то, что теперь. Правда?

Деймос снял очки и сложил их в нагрудный карман.

— Унижать наследницу без божественных сил было весело, но унижать богиню — совсем другое дело.

— М-м-м, — протянула Лина, — ну, вперёд! Ты же только с пленниками и беззащитными такой храбрый. Не надоело показывать превосходство, которым на самом деле не обладаешь?

В глазах Деймоса мелькнул металлический блеск.

— Моё превосходство в том, что я не имею глупых сердечных привязанностей, — он сделал несколько шагов к Лине, и кончик кнута со зловещим шипящим звуком прополз за ним по платформе. — Вот, например, твой лучший друг, которому не очень нравится этот статус.

Ни жестом, ни взглядом Лина не показала своего волнения: то, что Макса не отправили к Кристаллу Душ, а схватили, значило только одно — ему приготовлена важная роль в её казни.

— Он предал меня, мы друг другу никто, — ответила она, вложив в эту фразу изрядную долю равнодушия.

Деймос внимательно изучил её лицо и покачал головой.

— Надо же, никогда бы не подумал, что вы с братцем так похожи. Такое хладнокровие.