Скелеты в королевских шкафах

Фата… Про фату принцесса ничего не успела придумать, так как у нее неожиданно сел голос. А ругаться шёпотом — никакого удовольствия. Попытку послать за целителем пресек Гердер, сказав, что молчащая невеста — лучший подарок, который они могут сделать жениху на свадьбу. Жаль только, что недолговечный. Принцесса в сердцах попыталась пнуть брата, но запуталась в широких юбках и чуть не упала. Пришлось постучать кулаками по подушкам, чтобы спустить пар.

— Олирия, поосторожней, — ехидно предупредил Гердер.

Невеста в самом деле была чудо как хороша. Золотые локоны уложены в сложную прическу, живописно обрамлявшую нежное девичье лицо. Светловатые бровки и реснички подкрашены как раз до такой степени, чтобы выгодно подчеркнуть голубые глаза, но не казаться чем-то чужеродным. Нежный румянец выглядел естественно. Фигуру делало воздушной свадебное платье. О этот шедевр портновской мысли, воплощенный в ткани! Сколько на него пошло шелка, жемчугов, золотого шитья! Пять вышивальщиц без сна и отдыха воплощали эскизы инора Стила! И оно получилось воистину волшебным! Принцесса казалась сошедшей со страниц книги сказок.

Королева с удовольствием рассматривала дочь.

— Даже жаль, что такое чудо достанется какому-то заурядному графу, — вздохнула она. — Все-таки рядом с Краутом она смотрелась бы изумительно.

Олирия что-то невразумительно прохрипела.

— Знаешь, мама, — пожал плечами Гердер, — после того позора, что устроила твоя дочь, нужно радоваться, что этот граф вообще на ней женится, а не удирает, возмущаясь ее моральным обликом. Да и то я вздохну свободно, только когда они обвенчаются. И, Олирия, ты свое «да» не хрипи, как запойный пьяница, а прошепчи, как положено скромной девушке.

— Гердер! — возмутилась королева. — Не издевайся над сестрой.

Принцесса согласно закивала, с надеждой глядя на мать.

— Только после венчания, — твердо сказал кронпринц. — После него все вопли твоей дочери — проблемы ее мужа, а до него — наши. Мало ли что ей в голову придёт, а она решит озвучить? А жениху только повод дай, уж с его-то дипломатическими талантами при наличии малейшей возможности он наверняка увильнет от чести с нами породниться.