Рассвет закату вопреки

Но если Пчипхи решила, что бог сильней королевы, и явно намерен меня выручать, то… можно рискнуть.

— Ты же понимаешь, что бог разозлится, если меня не найдет? — я на всякий случай напомнила ей, подстраховываясь.

Мы бежали по длинному серому коридору, пол которого был сплошь затянут пушистым и мягким покрытием, похожим на мох. Стопы ног в нем утопали вместе со звуками.

Лес… а я босиком. В отличие от зигеянки. Паршиво. Вот не зря белоглазая Куста с раннего детства во всех нас вбивала привычку: спустил ноги с кровати — обуйся…

В шаге от смерти странные мысли приходят в мою буйну голову.

Я услышала мужской вопль за спиной, потом свист раздвигающейся двери, затем громкие крики… Мы не успеем. А в руки ему я не дамся. Я не знаю… об стену убьюсь, пусть Глэм только попробует прикоснуться ко мне.

Внезапно коридор вдруг закончился. Мы вылетели во двор и я зашипела от боли, выскочив сходу на раскаленный песок. Босыми ногами, конечно.

Пчипхи прочирикала снова какую-то длинную тираду на своем языке. Явно ругательную.

Ну и пусть. В конце концов, я о помощи и не просила. Я…

— Кто ты? — рявкнуло под ногами так громко, что я чуть не свалилась, споткнувшись болезненно, голыми пальцами. — Чья кровь?

— Богиня! — уверенно рявкнула Пчипхи. Разговор шел на имперском.

Я опустила глаза и увидела… существо. Мускулистые человеческие руки и ноги, большая голова, и все это кто-то приделал к короткому телу. Запчастей не хватило, похоже. Носа практически не было, так, пара отверстий. Огромные, густо опушенные ресницами темные глаза без белков, смотрели внимательно, умно.

Голос низкий и сиплый. Снова глитч? Сидел он на корточках, явно прячась под синим кустом. И кожа… под цвет его листьев.

— С чего это я должен верить? — определил он свой пол, на нас глядя недобро.

— Кровь хозяин! Богиня бить, Пчипхи бежать.

— Я его не убила, — сочла нужным вмешаться я, нервно оглядываясь. — Может, сначала мы спрячемся? Вряд ли он мне простит…

Вместо ответа чудовище шумно вздохнуло, к чему-то принюхиваясь, а потом голосом полным искреннего восхищения произнес: — действительно, его кровь.

Может и впрямь ты богиня, раз жива до сих пор. Живо за мной.

— Я… ноги, — мне было мучительно стыдно за это. Сорвать целый побег голыми пятками! Хорошо еще, я одеться успела.

— Ноги… — глитч задумчиво взгляд перевел на босые и белые стопы и вдруг весь напрягся прислушавшись. — Точно богиня! — рявкнул опять, шаг вперед и меня одним сильным движением закинули на плечо.