Варя

Только в центре на нём одиноко стояла маленькая деревянная солонка.

Старуха замельтешила перед Варей, стаскивая с неё шапку и душегрейку.

— Сюды добро кладите. Ага, к печке поближе. Проходите, проходите, гости дорогие. Я сëдня жарко натопила-то! Как чуяла, что вы ко мне пожалуете.

Она хрипло засмеялась, продемонстрировав дорогим гостям во всей красе свой беззубый рот. С ухмылочкой выхватила у Нюры зипунок. И, пристраивая его на вешалке одной рукой, другой внезапно перевернула ручкой вниз стоявший рядом веник.

Варя это приметила и удивленно моргнула. Про этот крестьянский обычай она слыхала толи от мамки, то ли от девок дворовых.

«Зашёл к тебе пришлый, поставь голик* ветками вверх. Коли с нечистью он связан, то выйти из избы не сможет боле. Чист человек, спокойно уйдёт».

Вот, значит, как! Кажется, испугалась она меня. А виду не показала, когда встречала. Может, вообще решила, что я ведьма и есть. Тоже мне Знающая! Эх.

Варя расстроилась.

А я так надеялась на эту встречу.

Старуха тем временем, весело щебеча, поставила на шесток жестяной чайник и задвинула его ухватом в глубину печи.

— Самовару-то у меня нету, как в господском дому. Но мой чай с душицей пади такой вкусный получится, какова вы ещё не пробовали.

— Бабуся- знатная травница! — с гордостью объявил Гриша и уселся за стол.

Ну что ж, хоть чая напьюсь деревенского.

Варя села рядом на лавку. Нюра хотела было помочь хозяйке на стол собрать, но та на неё так прикриенула, что княжне даже жаль девку свою стало. Она усадила покрасневшую Нюру с собой рядышком, шепнула ей:

— Не нравится мне эта странная бабка!

Нюра едва приметно кивнула и испуганно поглядела в сторону печки, не услышала ли Варю знающая.

— Чем богаты, тем и рады. А может, картошечки сообразить? Капустки квашеной принести из погреба?

— Не надо, бабуся, — улыбнулся Гришка.

— А шо за дело? — в глазах старухи загорелось такое любопытство, какое, пожалуй, только у ребенка и встретишь.

— Присядь, не мельтеши, — попросил её Гриша, — выпей с нами чаю свого. А про дела они тебе сейчас сами доложат.

Пока Варя думала, с чего бы начать, глотая обжигающий сладковатый напиток, с кислым привкусом, Нюра ляпнула в лоб:

— За оберегами мы к вам, бабушка.