Варя

— Цыц, ты, курица! Ну что тут у нас?

К телегам, бодрым шагом, приближался седовласый мужчина. Однако, несмотря на белый волос, лицо его казалось свежим, можно сказать моложавым. Аня сразу догадалась, кто это. Здешний барин. Одет он был в лиловый халат и дорогие туфли, в руке держал трость с набалдашником в виде волчьей головы. И хоть Бог и не дал этому барину высокого роста и стройного живота, но вот статностью одарил сполна. Держался он так, что сразу ясно сталось всем — царь пришёл.

— Что и пошутить нельзя? — буркнула всадница.

— Шутница вы, знатная. Знамо дело. Только куда уж вам до Безобразова. Вот шельма! Провёл дурака! Я говорит, тебе восемь душ отправлю, вместо шести. Мне, говорит, для хорошего человека не жалко. Куда же вас девать теперь, таких красивых?

Крестьяне молчали, пристыжено опустив головы. Извозчики переглянулись. И один из них, щупленький, но юркий, спешился. Протянул барину из-за пазухи сверток с бумагами.

— Наше дело малое. Доставили всех в целости. Вот, получите, распишитесь.

— Давай! — барин забрал сверток.

Аня так и выдохнула. Поняла, что барин хоть и выглядит грозно, а боятся его не стоит. Повезло, значит, ей.

Верная у меня чуйка! Ох, верная.

— А ты что натворила? За что в компанию к мертвякам попала? — барин приметил Аню и теперь строго на неё смотрел.

Аня растерялась, густо покраснела, так сконфузилась, что будто и слова молвить разучилась.

— Испорченная, что ли?

От этого вопроса Аню ещё больше в жар бросило. Она замотала головой и обрела наконец-то дар речи:

— Нет, как можно! Я.. Меня староста выбрал из-за тятеньки. У него зуб на тятю мого. Ну, тятька мой, как узнал, за топор-то и схватился. Хотел старосту.. — Аня прикусила язык, не посмела «страшное» слово вслух сказать, а вместо этого провела большим пальцем по шее. — "Не смей, тятя! Я уже взрослая," — говорю ему. — "Что со мной будет? Справлюсь я.

— Довольно! Я понял, что ты девка славная. Как звать?

— Аннушка.

— Будешь у нас Нюрой, значит. Варвара Фёдоровна, возьмёшь под своё крыло?

— Merci papa, — девчонка в седле, со скучающим видом, поправила прядь волос. — Опять вы меня каким-то пустячным делом озадачили,— и повернулась к Ане. — Я тебя, пожалуй, помощницей на кухню определяю. Или горничную из тебя сделаю. На вид, правда, ты.. худая больно. Да ладно, откормим.