Сердце океана

Ты представляешь, какой это удар по моему самолюбию? Что молчим? — неожиданно рявкнул он, посмотрев на Эмира.

— Обговаривали стратегию, — бодро доложил Маркес.

— Без четвертого? Тогда у вас меньше мозгов, чем я предполагал. И не надо смотреть на меня таким преданным и влюбленным взглядом. Я вам не хозяин, а вы не котята.

Видимо, последнее относилось ко мне. Правда, рассматривала я вовсе не магистра, а господина Эйнара, пытаясь понять, мог ли он быть эрейцем, которого я видела на дне. Образ незнакомца не давал мне спать полночи, а чешуя… Вот почему не осталась и не потрогала, спрашивается? Сейчас бы не страдала от неудовлетворенного любопытства.

— Рыбка, язык проглотила? — поинтересовался магистр. — Где привычная язвительность и пренебрежение правилами? Ты меня пугаешь своей серьезностью.

— Простите, — только и могла сказать я.

— Предполагается, я должен этим удовлетвориться? — приподнял бровь Джэтен, обращаясь к стражу. — Неужели за годы, что обучаю этих оболтусов, я стал таким скучным и больше не внушаю ужаса? Прискорбно… Пора бросать это дело. Почему вы еще здесь? — вновь рыкнул он. — Радуйтесь, что первыми соревнуются студенты с даром земли. Валите готовиться! Они начнут минут через двадцать, следующие огневики.

После окрика Сай и Эмир синхронно подхватили меня под руки и потащили вперед. Наш побег магистр также прокомментировал в привычной манере.

Как только мы завернули за угол, я заставила приятелей меня отпустить. Дальше пошли более спокойным шагом. Прежде я никогда не ходила под трибунами. Не потому, что было неинтересно, просто не хватало на это времени из-за насыщенного расписания. И сейчас, несмотря на спешку, я с интересом посматривала по сторонам. Каменная галерея под арочным потолком оказалась необычно просторной, явно рассчитанной на большое количество народа.

— С ума сошли? — потирая локти, проворчала я с запоздалой реакцией на их хватку.

— Магистр прав, — поморщился Сай. — Мы слишком задержались. И то, что он был вынужден идти за нами лично, нам еще припомнят.

— Это да, — вздохнул Маркес. — Карцером не отделаемся. Хотя если победим, то, может, он и сменит гнев на милость. Точнее, ограничится комментарием.