Чародейка по ошибке

Тот чопорно поклонился хозяину и уплыл из кухни, проскользнув прямо через дверь.

— Расскажи о своих родителях, — вернулся к прерванному разговору Эв.

Рассказывать особо было не о чем. Мама и отец — слабые светлые. Отец занимался рунным письмом. Мама была ассистенткой целительницы и подрабатывала в лавке Миранды. Папа погиб — банально, упало дерево во время грозы. Мама умерла от болотной лихорадки: целительница в нашем городке не сама сильная, а вызвать подмогу она не успела.

Эв внимательно выслушал. Развернулся ко мне, облокотившись рукой о стол.

— Родители оставили тебе кольца, так?

Я кивнула. Такое чувство, что темный знает обо мне больше, чем я сама.

— Какие-нибудь инструкции к ним были?

— Да, письмо. Только узнала я о нем слишком поздно. — Я покосилась на кольцо, поблескивающее на пальце.

Эв заметил, невесело усмехнулся. Словно был в курсе, что к украшению прилагается испытание.

— В письме были пояснения, почему они переехали в Леорию?

— Переехали? — Я в недоумении смотрела на мага.

Эв неопределенно качнул головой, словно собирался возразить, но передумал. Встал, взял со стола коробку и вручил мне.

— Переоденься, потом договорим. Волдемар! Проводи Даяну в гостевую!

Я озадаченно переводила взгляд с коробки на темного. Неужели так неприятно видеть меня в своем любимом халате, что ради этого он прервал разговор? Знала бы, завернулась в полотенце!

Призрачный дворецкий явился немедленно. Вежливо открывал двери, плыл чуть впереди, неторопливо, чтобы путающаяся в полах халата гостья не улеглась отдыхать где-нибудь в уголке раньше времени.

Волдемар отвел меня на второй этаж. Когда шла по длинному светлому коридору, заметила портрет. На нем был Эв в компании кузена и видной пары: осанистый офицер приобнимал за плечи яркую русоволосую красавицу. Эв был чем-то неуловимо похож на нее. Сестра или мать?

Волдемар заметил, что я притормозила. Подлетел и с гордостью пояснил:

— Господин с родителями и троюродным братом.

Гостевая комната оказалась не такой светлой, как остальной дом. Разные оттенки коричневого, от кофе с молоком до горького шоколада, создавали удивительно теплую атмосферу.

— Матушка господина любит тут останавливаться. — Длинные усы призрака довольно шевельнулись.

Ага. Вторгнутся в любимую комнату матери Эва... Достаточно с меня и его любимого халата! Старый интриган! Месть за туманно-облачное состояние не заставила себя ждать.