Кукла Советника

Песок под ногами был колючим, крупным и черным. С ума сойти! Неужели это море?

– Это Рассветный, – угадал мои мысли Йарра.

– Океан? Это океан? – поразилась я. – А можно к воде?

Йарра улыбнулся, разжимая руки, которыми обнимал меня за плечи.

– Иди.

Волны прибоя разлетались мелкими брызгами. Не удержавшись, я зачерпнула пригоршню океана, попробовала его на вкус. И правда, горько-соленый! Подбросила воду вверх и счастливо засмеялась под импровизированным дождем.

На отмели плавали мелкие медузы, копошились крабы, которых я видела до этого только в супе, неуклюжая черепашка все пыталась выбраться на берег, и я помогла ей, восхищенно разглядывая зеленовато-коричневый панцирь.

Потрогала голову рептилии, едва успев отдернуть палец от загнутого клюва. А далеко-далеко, рядом с самой линией горизонта, из воды выпрыгивали крупные рыбы.

Нет, не рыбы.

– Это же дельфины, верно?

Йарра кивнул. Все это время он стоял, прислонившись к валуну, спиной к солнцу, и наблюдал за мной, полуприкрыв глаза.

– Возвращайся, – негромко позвал он меня.

– Нужно медитировать.

Хрустальная радость дзынькнула и разбилась.

Отпустив черепашку, я уныло поплелась к графу. Тот уже разулся и снял оружие, положив кинжал и короткий меч на сапоги.

– Не снимай обувь, поранишься, – покачал он головой. – У твоих туфель достаточно тонкая подошва. Сначала танец с лучами, с переходом во всадника. Становись передо мной. Готова?

– Да, господин.

– Начали.

Оказалось, что танцевать с лучами на берегу океана – это что-то волшебное. Упавшее было на самое дно настроение взметнулось вместе со мной, отдавая благодарность солнцу.

Мягкому, ласковому, совсем не такому, как у нас в горах. Хотя, наверное, именно поэтому я снова сбилась. Жгучее, обжигающее небесное пламя княжества было моим другом, учителем, примером того, КАК нужно сиять, чтобы удержать тугую воздушную стену, давящую на ладони…

– Стоп.

Я шлепнулась на колени и только потом сообразила, что поза почтения не обязательна, ведь передо мной не Рох, а Йарра. Граф протянул руку, помогая встать.

– Иди умойся, – выудил он из нагрудного кармана платок. – Горишь вся.

Граф хотя бы не дерется.

Я опустила запястья в неожиданно холодную воду. Вот уж не думала, что она так быстро остывает по вечерам. Увлажнила лицо, шею. А платок-то женский, разглядела вдруг я. Тонкий батист, кружевная оторочка, «А. Р.» – вышито в уголке. Интересно, кто такая эта А. Р.? И знает ли о ней Галия?..

Платок я вернула, свернув так, чтобы не было видно шелковые инициалы.