Чужой мир - мои правила

Зажег две свечи, потому что вечерний полумрак уже успел сменить дневной свет.

- Что, рыдала о своей загубленной жизни? – спросил Бэк. – Поедим, и расскажу тебе свою историю. Надеюсь, она не менее жалостливая!

- Со слезами покончено! - ответила ему, усаживаясь за стол. – Но, если ты хочешь, я могу тебя пожалеть.

- Как именно? Я подумываю о нежных объятиях и поцелуях, это помогло бы развеять мою грусть…

- Бэк! – строго произнесла Нисса. – Не забывай, что Эиринн – моя дочь.

- Да помню я!.. - многозначительно ответил он, заглядывая в вырез моего платья.

И я решила… Ай, да и черт с ним, пусть пялится! Есть хотелось до ужаса. Тут Нисса протянула нам с Бэком деревянные ложки. Разломила серый хлеб, положив его на глиняную тарелку в центре стола.

- Давайте уже начнем! – сказала она. Затем добавила: - Во славу богини Бригитты, ведь сегодня ее день!

Затем Нисса пробормотала молитву, и мы принялись за невероятно вкусный суп. Я съела целых две тарелки, прежде чем во мне проснулась совесть, попросив не наглеть.

- Спасибо, - икнул Бэк. – Очень вкусно!

Я собрала грязную посуду, прополоскала в большом корыте, затем вытерла куском ткани, который больше остальных походил на полотенце. Нисса наблюдала за мной с улыбкой. Наверное, потому что я все делала не так… Бэк тоже времени не терял. Его взгляд постоянно шарил по моей фигуре, останавливаясь на наиболее выпуклых местах, которых, впрочем, было не так уж и много. Наконец, посоветовав нам собираться на праздник, отправился по своим делам.

Закончив с хозяйственными делами, я села на лавку, чувствуя, как меня клонит в сон после сытного ужина. Нисса расчесывала светлые с сединой волосы, заплетая их в косы.

- Как прошел праздник Святой Бригитты? – неуверенно спросила у нее, решив разогнать повисшую тишину. – Были ли люди сегодня достаточно щедры?

- Сегодня мне хорошо подавали! - ответила Нисса. - Сейчас покажу, что удалось собрать.

Она выловила со дна корзины полотняный мешочек, обвязанный кожаным ремешком.

Высыпала на монеты на стол. Под ее одобрительным взглядом я стала разбирать деньги этого мира. В основном, это были круглые монеты темно-коричневого цвета. Бронза? Медь?! Но попадались и разрезанные, а, может, разрубленные мечом половинки и четвертинки. На каждой из круглых монет был оттеснен профиль худого сердитого мужчины в высоком остроконечном шлеме.

- Вот это - фартинги, - Нисса села рядом, взяв в руки четвертинку.