Блажий Омут

— Сейчас к вам подойду.

Дочка скорняка громко всхлипнула, но ничего не сказала.

Зато отреагировал варгин. Громадная, чёрная туша уже без всякого страха пред белоратником сидела подле мёртвой Руты и зализывала раны шершавым языком. По всему его виду делалось понятно, что он готов снова ринуться в бой, ежели кто-нибудь ещё объявится на наши головы. Заслышав меня, Кот фыркнул. Дескать, сокрушался, что я о нём вовсе не забочусь.

Я усмехнулся, встретившись с ним взглядами. После поговорим.

Наши переглядывания не остались незамеченными.

— Никак в толк не возьму, как нежить может служить Ловчему, — заметил Гордей.

Ратник полез в небольшую кожаную суму у пояса. Зазвенел склянками.

— Полагаю, потому что он не служит мне, — я пожал плечами.

— Интересная у вас дружба выходит, — на лице парня появилось подобие дружелюбной улыбки.

«Семья уж скорее,» — хотелось сказать мне, но я вовремя прикусил язык. Незачем пред посторонними душу раскрывать.

Кот навострил уши, прислушиваясь к нашему разговору, но головы не повернул.

— Вот, держи, — Гордей извлёк из сумы матовый пузырёк, запечатанный воском. — Не бойся. Это зелье лечит животных любого толка. Не отравлю. Бери же. В уплату долга.

— Благодарю, — я взял предмет.

Судя по качеству стекла он стоил дорого. Само зелье внутри, вероятно, не дешевле.

Лечение белоратника мы завершили, и теперь он осторожно ощупывал схватившиеся порезы.

— Уезжайте из Посада, как можно скорее, — вдруг сказал Гордей. — Городская стража наверняка уже за нашими послала. После такого с тобой много кто потолковать захочет.

Я поджал губы. Кивнул, соглашаясь.

— Уйдём сразу. Спасибо.

Белоратник тем временем встал. Размял затёкшее, побитое тело. Поморщился от боли. А после медленно подошёл к трупу Руты. Паренёк наклонился и опустил веки девушки. Закрыл ей глаза, чтобы жирные мухи на них не садились. Вид у него был крайне удручённый. Зелёный ещё. Молодой. Скоро и не такого насмотрится. И не таких встретит. И ещё много раз убедится в том, что не всегда нежить страшнее людей.

— Гордей, — окликнул я. В голове возник вопрос, который отчего-то не давал покоя. — А помнишь, как ты вчера ко мне в «Весилине» подошёл? Я ещё во двор выходил пред этим?

— Ну, да, — белоратник нахмурился.

Вероятно, думал, обвиню его в напрасной неприветливости. Но я вымолвил иное:

— Я тогда человека преследовал в плаще с капюшоном. Мне почудилось, он за мной следил. Я магию почуял тогда. Могу поспорить, от него исходила.