Блажий Омут

Улочки Дальнего Посада были кривы и порядком разбиты конскими копытами да телегами. Красивые трёхэтажные срубы в центральной части городка соседствовали с простыми строениями из камня, но чем ближе к окраинам, тем больше Посад напоминал деревню с плетнями и низенькими домишками под соломенными крышами. Здесь шныряли крысы и бродячие псы. Дурно пахло нечистым амбаром из-за того, что лошадей по улочкам проходило довольно много, но убирать за чужой скотиной не торопился никто. Да вдобавок совсем стемнело из-за дождевых туч.

Под ногами то и дело чавкало. И я надеялся, что в лужах дождевая вода, а не что-то иное. Не хотелось бы сразу после бани гулять по нечистотам.

Кот оставался солидарен со мной. Он даже запрыгнул мне на плечо, да так и ехал до самого трактира, капризно щуря свои золотые очи. Не желал пачкать лапки. Варгин даже в обличии домашнего котяры оставался весьма тяжёл, но прогонять его я не стал. Пожалел. В первую очередь, в благодарность за то, как он отважно ринулся супротив банника в его родной стихии.

И глазом не моргнул, мой шерстяной защитник.

Так и добрались мы до «Веселины».

Вопреки опасениям, трактир оказался довольно просторным двухэтажным зданием с разукрашенными резными ставнями и чистым двором с собственной конюшней. Здесь было шумно и светло. Из общей залы доносился смех и звон посуды. Оставалось надеяться, что не все комнаты у них заняты.

Я заторопился поскорее уйти из-под дождя в сухое помещение, но уже на пороге меня чуть не сбила с ног распахнувшая дверь. Из трактира вылетела девушка, рыжая, курносая и веснушчатая.

Гибкая и хорошенькая, как молодая рябинка на первой осенней заре. Она врезалась в мою грудь так внезапно, что я пошатнулся, а Кот от неожиданности спрыгнул с плеча и зашипел, выгнув в спину.

— Осторожнее, милая, — я с улыбкой придержал её за талию. — Так можно и в беду угодить, если лететь без оглядки.

— Простите, сударь, — девушка ловко вывернулась из моих рук, будто живая рыбёшка из сетей неумелого рыбака. Вероятно, привыкла избавляться от назойливого мужского внимания.

Девица вскользь глянула на меня серыми глазищами без всякого кокетства, вытерла руки о льняной передник, надетый поверх застиранного платьишка. И убежала за трактир по своим делам. Только я её и видел.

— Рано стареешь, Лех, — ехидно муркнул Кот за моей спиной. — Бабы красивые разбегаются. А клюют лишь падшие да за деньги. И те не бабы вовсе. А так. Пузатый сброд.

Но я лишь усмехнулся и зашёл в трактир.

Внутри меня встретили шум и гам.