Призванная. Когда закончится время

Я грозно стрельнула в него глазами.

— Нечем будет перевязываться. — Макс засмеялся еще веселее.

Хотя мне и не понравилась его шутка, я тоже улыбнулась. Сегодня от холода в глазах Макса не осталось и следа. Они были добрыми и весёлыми. Я даже засомневалась, он ли это. Только цвет не изменился, такой же серый.

Мне было неловко. Я не успела обдумать случившееся и как-то определиться с тем, что делать дальше. События так быстро сменяли друг друга, что времени на обдумывание в принципе не оставалось, только успевай приспосабливаться.

Мы сели, и я протянула руку. Он осторожно начал развязывать импровизированный бинт. Движения были мягкими, но все же доставляли боль. Я зашипела.

— Не смотри на меня так. Я не лекарь, — вернул он мне мои же слова.

— Мне казалось, от моей руки ничего не останется.

— Волк порвал только кожу, не задев сухожилия и вены. Болеть будет, но рука не откажет. Тебе повезло, — сказал он серьезно, отвернув в последний раз ткань и открыв рану. Выглядела она не очень страшно, но я все равно отвернулась.

— Боюсь крови.

— Моих ран ты не пугалась, — произнес он сухо.

Я посмотрела на него, пытаясь понять, какие именно раны он имеет в виду.

— Просто не могла. Тебе нужна была помощь. А сейчас могу. Тем более, это моя кровь. Ой! — застонала я. — Кажется, мне сейчас станет дурно.

Стараясь дышать глубже, и не видеть крови, я уставилась на своего спасителя... или мучителя в данный момент. Макс капал на неё соком желтой травки.

— Тебе, и правда, плохо! — удивился он.

И снова эмоции на его лице.

— Угу, — простонала я.

— Как-то я поранила ногу, и от вида окровавленной лодыжки она потеряла сознание, — вставила Лина. — Вот так! Взяла да упала рядом со мной.

— Да? — спросил Макс, пряча усмешку. Мне ничего не оставалось, кроме как, признаться. Ну, Лина!

— Да. Лина закричала во дворе, и я побежала. Она лежала на земле. Я хотела помочь, но вместо этого, увидев рану, упала рядом без сознания. Хорошо, мама была дома и тоже вышла на крик.

— Мама? — спросила Лина, нахмурив бровки.

— Она рассказывала, что в тот миг, когда увидела одну дочь в крови, а вторую, лежащую без движения, чуть с ума не сошла.

Макс слушал, заматывая мою руку тем же куском ткани, предварительно плотно обложив ее неизвестной травой. Иногда он отвлекался от своего занятия, поглядывая на Лину.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Вернул должок.

— В таком случае, я с тобой не рассчитаюсь. Сколько раз ты нас уже спас? — улыбнулась я. Он тоже улыбнулся, отведя взгляд от Лины.