Призванная. Когда закончится время

Макс выстраивал успешные комбинации, направленные на то, чтобы защититься и отразить удары оппонента, и все же его настиг мощнейший хук, прилетевший с такой точностью и силой, что заставил пошатнуться и припасть на колено.

— Не убивал! — Совершенно неожиданно вымотанный и изнуренный боем Макс, выпрямившись, словно стрела, с горящими огнем глазами, полными разбуженной силы, и бросился на такого же разбитого, но не менее опасного Тима. Яростный бой продолжился уже на земле.

Мне удалось разглядеть, что взгляд Макса стал прежним, человеческим — распаленным боем, яростным, разгневанным, но совершенно лишенным света силы.

Он не применял свой дар! Как гром среди ясного неба, меня осенила догадка: он не хотел убивать Тима. Он ведь и Фреда просто удерживал, лишая возможности вмешаться в их наконец-то случившийся междусобойчик. Они продолжили бороться на земле, угрожая задушить или свернуть друг другу шею.

Ждать больше не было времени, а ничего иного, кроме как броситься к ним, мне в голову не пришло. Поэтому именно это я и сделала, громко оповестив о своем появлении.

— Стой! — крикнула я на бегу.

Это стало неожиданностью и заставило их отвлечься. Макс — свидетелем того, как я ушла в портал, смотрел на меня с неверием, непониманием и ненавистью. Тима мое возвращение удивило, но не настолько, чтобы не заметить и упустить подвернувшийся шанс. Рывком вырвавшись из захвата, он перекатился, лишив Макса возможности освободиться, и, оказавшись сверху, подхватил так некстати брошенный мною нож и приставил его к шее противника.

Макс успел поймать руку с лезвием в паре сантиметров от горла.

План так и не созрел. Я бежала, не зная, что собираюсь сделать, не желая просто лежать и смотреть, как кто-то из них гибнет. Подлетев, сделала первое, что пришло в голову: вцепилась обеими руками в Макса и Тима, борющихся за клинок, пытаясь оттянуть оружие, находящееся в опасной близости от сонной артерии одного из них.

Стоило коснуться, как ко мне потекли их мысли, чувства и желания. Обоюдная вражда.

Они ненавидели друг друга одинаково сильно, но причины были разные. Горький вкус боли, обиды и предательства нахлынули, заполняя всю меня изнутри.

Не знаю, как это произошло, но в этот раз вместе с их мыслями перед моими глазами проносились картины случившихся событий. Я была словно сторонним свидетелем и одновременно чувствовала себя и тем, и другим персонажем.

Был поздний вечер, они остановились на привал, изнурённые долгой дорогой, и хождением по горам.